— Неправильно это, — неодобрительно заметил Казимир, когда стюардесса побежала по своим делам. — В них все еще сидят дурные привычки тех времен, когда планетой управляли мафиозные кланы и против мэра никто даже пикнуть не смел. Команданте Саггети придется приложить немало усилий, чтобы это изжить. Чтобы окончание посадки означало «окончание посадки», а не «если вы жена мэра, то можно»…

Родим промолчал, задумчиво разглядывая свой бокал. Потом медленно поднял взгляд.

— Твою ж мать, — бессильно проговорил он, наблюдая, как в дверях появилась Светлана Рысь собственной персоной. В берцах, камуфляжных штанах и армейской футболке, что характерно.

Светка плюхнулась за их столик, закинула ногу на ногу.

— Ну, да, — сказала она. — В яблочко. Насчет бара не ошиблась. За годы совместной службы выучила наизусть, где вас стоит искать в первую очередь. — Она звонко щелкнула пальцами, привлекая внимание бармена, и небрежно указала на стакан Родима: мне такое же дерьмо. — Итак, джентльмены, в чем дело вообще, я не поняла⁈

Лось расплылся в радостной улыбке и тем же самым Светкиным жестом указал на сделавшего флегматичный глоток Пестрецова.

— Ясно, — вздохнула Рысь. — Кто-то тут решил меня поберечь. Пожалеть, так сказать. Жалельщики у нас тут. Только ты, командир, жалость-то свою сверни в трубку, пожалуйста, и засунь ее себе поглубже… ну, не знаю. В карман, допустим. Во внутренний. И так ходи. Понял⁈

— Угу, — хладнокровно отозвался Песец. — Честно говоря, жалею я сейчас только об одном — что Глама я, получается, обманул. Обещал ему, что в этот раз мы тебя не заберем…

— Еще и мужика моего пожалел, — констатировала Рысь. — Слушай, командир, ты у нас не Горностай прямо, а какая-то Армия спасения… Не волнуйся, я ему всё подробно объяснила, в том числе и то, что ты оставил меня на Талголе из жалости, а мне такой жалости не надо. И он меня за это даже трогательно поцеловал в лобик на прощание. Такое взаимопонимание!.. Поэтому за Глама не беспокойся, ему не привыкать.

— Зря мы тебя Рысью прозвали, вот что, — сказал Родим, глядя в свой бокал. — Стрекозой надо было…

— Р-р-разорвать мою задницу! — вспыхнула Света. — Сам не сдохни!

Вернувшаяся стюардесса предупредила, что до момента преодоления атмосферы им лучше занять свои места. В целях безопасности и недопущения травматизма.

— Безопасности⁈ Да этой дамочке разок бы на боевое десантирование выброситься… — всё еще раздраженно фыркнула Рысь, но свою порцию все-таки прикончила залпом и встала. — Пошли давайте, Армия спасения…

Три часа спустя они уже пересели в пассажирский транспорт, готовые отправиться на Беовульф.