— Не многовато ли Марселлас вообще позволяет этой ведьме? — поинтересовалась Сатана, на всякий случай понизив голос.

— Маме чего только не позволишь, — вздохнула Пташечка.

— Я понимаю, что у Багамы Мамы железный характер. Но ведь и Уоллес — не шпендрик из уличной банды. Черные бразы баб ни в грош не ставят. А тут большой босс так очевидно прогибается под бандершу. Разрешает ей самой устанавливать правила для своих девок…

— Да нет, ты не поняла! — тихонько хохотнула Пташечка. — Она ему на самом деле мама! Ее зовут Джина Уоллес. Это именно она в детстве подтирала ему попку и учила быть большим черным боссом. На собственном примере учила — она к тому времени уже была первой в банде у себя в гетто на Буше Старшем. Поэтому теперь он многое ей позволяет. А если ей, к примеру, не давать того, чего она хочет, то она будет брать сама, так что лучше сразу давать. Меньше выйдет жертв и разрушений.

— Сурово, — оценила Сатана. — Ну, тогда если Багама Мама напряжется… — Она пожала плечами. — Для меня это куда печальнее, чем гнев ваших дурацких эшу.

— Отлично! — Пташечка повеселела. — Значит, я говорю Маме, что ты участвуешь?

— Говори.

— Вот увидишь, тебе понравится! Когда эшу завладевает твоим телом — это такой кайф, я тебе передать не могу! Это как вмазаться бромиканом, только в несколько раз круче!..

— Ладно, разберемся, — проворчала Тура. — Но, как я посмотрю, вы тут в основном неплохо проводите время. Валяетесь возле теплого утилизатора, на ножах рубитесь, не знаю, церемонии Вуду проводите. А работаете-то когда?

— Не спеши, а то успеешь, — заявила Пташечка. — Ни к чему черной сестре взваливать на себя лишнюю работу. Если ты про дежурства у белых сучек, то это тебе еще успеет надоесть. Про работу на утилизаторах и обогатительном комплексе я уже даже и не говорю, каторга, а не работа. Но начать тебе все равно придется именно с нее, ты еще новенькая. Так что постигни дао и наслаждайся блаженным бездельем, пока дают. Мама просто хочет приглядеться к тебе, узнать поближе. Вдруг да ты иностранный спецагент⁈ Во будет номер-то!

— Ага, конечно, — проворчала Тура. — Хотела бы я уметь так же махаться, как спецагенты в кино… Текилу, небось, в пять минут уделала бы!

— Факт, — поддакнула подруга.

— Но вообще, конечно, вы ерундой занимаетесь, — покачала головой мулатка. — Проверяете спецагента типа — и тут же ему в этом признаетесь. И он вам, конечно, от неожиданности тут же раскалывается…

— Да это не мы признаемся, — с досадой проговорила Пташечка, — это я что-то язык распустила, лошица… Но это только потому, что по тебе сразу видно: девчонка ты своя, из черного гетто. Ну, какой из тебя, на хрен, спецагент⁈