Игнатьеву исполнилось сорок два года, худощавый, подтянутый, подвижный, невысокого роста, он был кадровым военным: уроженец Черниговщины начинал свой боевой путь еще в Первую мировую войну, при Временном правительстве в чине подпоручика оказался выборным командиром батальона, потом демобилизовался, а в Гражданскую воевал за красных, был на разных боевых постах, освобождал от врага Украину, воевал на Донбассе, участвовал в освобождении Крыма. Закончил войну командиром роты. Потом связал свою судьбу с армией, закончил академию имени Фрунзе. В январе сорокового года получил звание полковника, в августе того же года стал начальником штаба Могилев-Подольского (12-го) Ура, а в марте сорок первого года сменил на должности коменданта укрепрайона Михаила Евдокимовича Могилевчика. Так что состояние укреплений он знал, как и знал о множестве недоработок, недостаточном оборудовании и отсутствии вооружения во многих объектах. Что смог выбить, вытрясти, получить, установить, восстановить гарнизоны, укрепить дисциплину, наладить нормальное снабжение — всё сделал, теперь оставалось держаться. Помогало то, что в Могилеве-Подольском расположился штаб 55-го стрелкового корпуса, с его командиром, Константином Аполлоновичем Коротеевым удалось наладить тесное взаимодействие.

Примерно с десятого — одиннадцатого числа противник стал накапливать силы на правом берегу Днестра, стараясь мелкими группами провести разведку, выяснить расположение огневых точек, по выявленным позициям вела огонь вражеская артиллерия и работала авиация. Противник искал возможности форсировать реку, причем кроме румынских батальонов были замечены и немецкие части. Штаб уркепрайона располагался в Карповском яру, большом ущелье между холмами, в живописном месте, прямо в одном из стен ущелья было выбито помещение, к которому проведена связь. Условия были спартанские, но сюда стекалась вся информация о положении дел на позициях укрепрайона, так что условия условиями, а воевать все равно надо. На плиточке закипел чайник. Сергей Александрович воспользовался небольшой паузой, запарил крепкую заварку: только ядреный напиток позволял ему быть постоянно бодрым. К чаю было несколько сухарей да пара отварных вкрутую яиц. Решил, что этого будет достаточно, но только приступил к чаепитию, как раздался звук вызова полевого телефона.

* * *

(немецкие саперы готовятся к переправе через Днестр)

Рано утром гарнизон ДОТа в Серебрии был поднят по тревоге. До этого дня эта точка в боях участия не принимала. В основном, благодаря выдержке командира и небольшой толике удачи. Их огневая точка имела одно орудие и три пулемета на станках, но противник пока что об их позиции ничего не знал. Дот 96 прикрывал место, очень удобное для переправы противника. В этом месте река сужалась, значит, навести понтонную переправу было проще, плюс на левой стороне был довольно обширный пляж, на который было удобно производить высадку десанта. Конечно, после этого все равно надо будет подниматься по дорожке вверх, но место было очень и очень удобным. И почему до сих пор враг не стал тут наводить мост, было странностью. Но вчера на нашем берегу появилась разведка противника, по которой отработал соседний 90-й пулеметный ДОТ. Ближе к обеду раскрывшая себя точка была плотно обстреляна с противоположной стороны вражеской артиллерией, точка была разрушена, из его гарнизона уцелело только двое раненых красноармейцев, отправленных в тыл.