Как долго тянулось время ДО свадьбы! Как быстро пролетела сама свадьба. Суматоха… Если бы не мама и сестры! Она знала, что они все ей помогут, так и было — свадьба старшей, это был семейный праздник. Каким счастливым выглядел отец! И что они не смогли поделить с Арончиком, неужели её? Моня пыталась разгадать эту загадку. Даже спросила маму. Она обычно из школы освобождалась раньше супруга, успевала каждый день заскочить к маме — перекусить, спросить какой-то рецепт. Лея прекрасно готовила, причем из самых простых продуктов. Моня так не умела, но старалась. Хотела, чтобы у них на столе было только самое вкусное. Мама не раз снабжала доченьку продуктами, отец тоже делился тем, что ему удавалось выписать в совхозе. Так что не голодали. А когда она поняла, что беременна, сказала мужу, так он ее весь вечер носил на руках и не опускал на пол! Он очень сильный, её Арончик, почти такой же сильный, как отец!
А весной появилась Мэри… Вот! Дочка, насосавшись материнского молока (пока что у Мони его было в избытке, приходилось даже сцеживать),мирно задремала, мило наморщив носик. И Моня улыбнулась. Впервые за весь этот долгий летний день. Только улыбка её была очень грустной…
От автора: мои дорогие читатели, чуток больше активности: сто лайков не за горами! Вам поставить — нечего делать, а мне приятно (тешит самолюбие).
[1] В еврейской семье во время религиозных праздников именно сын выполняет некоторые обряды, если сына нет, то такая роль ложится чаще всего на старшую дочку. (прим.автора)
[2] Это произошло в 1925 году
[3] А это — в 1921-м
Глава одиннадцатая. Рива
Глава одиннадцатая
Рива
24 июня 1941 года
Больше всего Ребекку поразило то, как ее старшая сестра собирала вещи мужа. Нет, не ее аккуратность и обстоятельность. Она всегда была такая, ничего не забудет, все сделает предельно аккуратно, нет, а вот эти незаметные движения, складывала рубашку мужа и ладонью ее прогладила, с такой щемящей нежностью, что сестре стало как-то даже неудобно, что подсмотрела это движение. Как будто подсматривала за целующейся парочкой: и приятно, и вроде бы стыдно. Или, вот, сложила портфель и что-то прошептала над ним, как будто поделилась с этой вещью, принадлежащей мужу, чем-то сокровенным о нем. И Рива сталась быстрее помочь собираться, чтобы скорее оказаться дома.
«Почему сестре так повезло?» — думала девушка, она еще понятия не имела, что ждет их впереди, но девушка точно видела, что сестра ее была счастлива с Ароном, пусть они не ходили по городу в обнимку, не демонстрировали свое счастье, как птенцы-юнцы, но они были счастливы и Рива видела это, знала это, чувствовала это. Стоило только посмотреть, как они говорят, как Арончик смотрит на жену, как Монечка, такая неповоротливая, тихая, медленная превращается в живчика и все в ее руках начинает кипеть, как только муж оказывается рядом.