Если посмотреть на дело трезво, то у их небольшого заслона с огневой мощью все было в норме. Григорянц заступил на позицию к одиннадцати часам, точнее, согласно записи в его блокноте, в 22-46. Поликарпов, мужик спокойный, уверенный, обстоятельный доложил, что на ТОМ берегу неспокойно. Слышны шумы, похожие на движение техники. Но отсюда рассмотреть было не очень, мешал остров. Сначала политрук отправил Прыгоду в сторону их прежних позиций, оттуда просматривался противоположный берег Прута, сейчас это место стало ложной позицией, но оттуда можно было вести наблюдение, даже не слишком-то скрываясь. Прыгода подтвердил, что есть передвижение огней и шум на ТОЙ стороне. Аркадий решил проверить всё лично, для чего перебрался на другой фланг их позиции, так, что островок перестал мешать наблюдению, с этой точки можно было просмотреть противоположный берег с другого угла. Младшему политруку показалось, что он видит какие-то перемещения на том берегу, и не один-два человека, а групповые тени, но вот куда они перемещались — видно было плоховато. А еще он заметил то ли немецких, то ли румынских наблюдателей. Они почти что не скрывали своего присутствия, спокойно рассматривали наш берег, что-то указывая друг другу, как будто проверяли укрепления наших пограничников. В три часа к политруку подполз Малашкин, парень коренастый, крепкий с абсолютно спокойным лицом. Он сообщил, что на острове забеспокоились птицы, скорее всего, там кто-то есть, и это не один человек. Вернулись на позицию.

— Вот что, — приказал политрук штатному снайперу, — если они двинутся (оба прекрасно понимали кто такие «они»), ты стреляешь первым. Как только первая лодка или человек коснуться нашего берега. Задача — сними офицера, следующим пулеметчика, но помни, только когда коснутся нашего берега, тогда это уже не провокация, а нарушение границы. Понятно?

Малашкин спокойно кивнул головой.

— Старайся их подпустить так близко, как сможешь, твоя задача обеспечить Поликарпову работу.

— Сделаем, командир! — не по-уставному ответил пограничник, но в этой обстановке требовать строго соблюдения уставных формул было глупо.

Аркадий прикинул, кто его соседи справа и слева. Справа располагался командир отделения их 10-го погранотряда лейтенант Михалков Виктор Федорович со своими бойцами, этот двадцатидвухлетний смолянин был командиром надежным, толковым, его уважал и другие командиры, и бойцы, хотя бы за то, что никогда не слышали от командира матерного слова. Да и командиром он был толковым. А слева шли позиции уже одиннадцатой заставы. Там было намного сложнее, они прикрывала мост через Прут, поэтому к этой точке и сосредоточился основной состав, а фланговые прикрытия были минимальными. Кажется, там должен быть парный секрет, но полной уверенности в этом не было.