— Валик, Валик! Это ты?

Это был он. Валик Ребекку никогда не забывал. Он писал ей, но обиженная девушка не хотела с ним общаться. За все это время она сподобилась на одно короткое письмо, в котором довольно сухо интересовалась его здоровьем и сообщала, что их коллектив синеблузочников свое существование прекратил. А вот паренек не переставал засыпать девушку письмами, сообщая о своих успехах, тех, которые по работе и по комсомольской части. Валик получил образование путейца, учился хорошо, но небольшая станция в самом Могилеве-на-Днестре была уже не для него. Такие специалисты требовались в Жмеринке, куда он и получил распределение сразу по окончании техникума. Валик очень жалел о том, что расстался с друзьями детства, постоянно вспоминая синеблузочников и Риву, которую, он был уверен, полюбил навсегда. Их разговор получился коротким, смятым, молодой человек спешил, работы было много, но помочь девушке пообещал. Она отправилась ждать на перрон, хотя молодой мастер и просил ее подождать от вокзала чуть дальше — на базарной площади. Но молодая учительница надеялась, что ей повезет, и хоть в какой-то поезд на Могилев-на-Днестре она сядет. Но это «хоть какого-то» не было. Голод заставил ее пойти на базарчик, который был совершенно не таким оживленным, как в обычный воскресный день. Но торговки были на месте. У нее не осталось еды: свои два пирожка она сунула Валику, который работал и выглядел очень голодным, она видела, как тот поделился угощением с товарищами, он всегда был такой — добрая и щедрая душа, вот только какой-то… ах… и она сама себя перебила. Ребекка хорошо знала, что ее раздражало в характере молодого, точнее, моложе ее, парня, которого считала хорошим другом и никем более. Может быть, он и надеялся на что-то, но… её сердце было к нему совершенно спокойным.

Пока она покупала кусочек брынзы и отрез хлеба, как раздался чей-то истошный крик «Воздух!»… Толпа на базарчике стала быстро рассасываться под кроны окрестных деревьев. Рива какое-то время стояла на опустевшей площади, а потом рванула к тем же деревьям, она тоже искала укрытие, но убежала недалеко, когда в небе появились две пары бомбардировщиков с крестами на крыльях. Глухо затявкала какая-то зенитка, к ней присоединился треск пулеметов, от которых на землю стали сыпаться раскалённые гильзы. Кажется, тут еще одна такая же счетверённая установка затрещала, только в другой стороне. Враг не спешил. Спешили зенитчики и отчаянно мазали мимо целей. Но всё-таки их огонь сделал своё дело: немец на рожон не полез. Самолеты сбросили груз, было видно, что не совсем удачно, бомбы легли за станцией, возможно, они не ожидали, что тут так быстро появятся зенитки, но что было, то было. Уже под самый вечер Валик нашел Риву у билетных касс вокзала. Девушка была жутко расстроена и выглядела совершенно вымотанной и уставшей. Парень спешил, она понимала, что у него совсем нет времени, но всё-таки обрадовалась его появлению: не бросил, не забыл. Друг, товарищ и почти что брат по «Синей блузе» тут же потащил девушку в сторону путей. Через несколько минут они оказались на грузовой, где молодой человек потащил её прямо к одиноко стоящему локомотиву.