В левой ладони детинушка держал горсть семечек, грыз, сплевывая прямо на пол. На меня парень никакого внимания не обратил, так, скользнул делано безразличным взглядом. А вот на моих собеседников…
— Х-хо! Скубенты! — подойдя, недобро прищурился парняга. — Опять, собаки, будете в царя-батюшку бонбы метать? Я вот вам пометаю!
С этим словами детинушка склонился над столом, и сплюнул шелуху в недоеденные щи Решникова. Подбоченился, глянул на подошедшую гоп-компанию, ухмыльнулся:
— Ишь, удумали — бонбы! Собака ты, Илюша, как есть — собака… А коли собака, так полезай под стол и лай! Верно, я говорю, парни?
— Верно, Вась! — охотно закивали парняги.
— Верно! Пущай полает, тля!
— Васька Хват, — склонившись, озабоченно шепнул Полозов. — Из цирковых. Ножи мечет, как рыба икру! Лучше бы разойтись миром… или полицию…
Ну, миром, так миром…
— Что вы имеет сказать моему другу, уважаемый? — я криво усмехнулся и выложил на стол револьвер.
Парни сразу попятились. В зале затаили дыхание… Даже детинушка вроде как слегка протрезвел.
— Умеете стрелять? — я окатил его насмешливым взглядом.
— А то! — тут же приосанился хват. — Кой-что могем.
— Хорошо… — я поманил полового. — Шампанского! Самого дорогого.
— Слушаю-с!
— Ну? — словно солдат на вошь, я воззрился на детину. Тот явно был сбит с панталыку — ожидал-то ведь вовсе не того! Теперь не он куражился, а, похоже, над ним…
— И где мы можем тут пострелять? — светски улыбаясь, продолжал я. — На улице не советую — чревато.
— Так… э-э… во дворе, — пожал плечами Хват.
— Ну, так идем, — взяв револьвер, я вышел из-за стола. — Показывай. Куда тут идти-то? Да! Лишних глаз бы не надо. Если только пару человек…
— Гришка, Ослоп — за мной, — оглянувшись, по-хозяйски распорядился парняга. — Остальные — охолонь. — Я сказал — охолонь, кому непонятно? Сейчас объясню — не заржавеет! Прошу-с!
Мы вышли во внутренний двор. Хозпостройки, телега, куча дров…
— Говорите, умеет стрелять? — снова уточнил я. — С полста шагов в горлышко попадете?
— Поглядим…
Хват азартно потер ладони…
— Давайте! Ставьте свою бутылку.
— Промажете — заберетесь под стол и лайте! — с усмешкой объяснил я. — Попадете — лаять буду я! Согласны?
— А что ж!
Глаза парня загорелись…
Я знал таких людей, азартных, обожающих разного рода пари и споры. Вряд ли он будет сейчас в меня стрелять… Впрочем, Михаила я уже успел предупредить. В случае чего, «Смит-Вессон» у него имеется, да и решимости хватит. Что же касается детинушки… то на него у меня уже появились планы.
— Михаил Игнатьевич, не в службу, а в дружбу… Бутылочки во-он на ту чурку поставьте!