— Ты нарываешься? — брахман угрожающе зашипел.

— Нет-нет! Только, мы вроде к какой-то королеве идём с дипломатической миссией?..

— Скоро всё закончится, — буркнул он. — Максимум — седьмица-восьмица. Через девять дней я точно буду в норме.

— Мне только что в голову пришло… — новое озарение. — А Раджа отправил на эту миссию тебя, а не Брафкасапа, не потому ли, что…

— Ещё слово, — из ноздрей Абтармахана вырвалось небольшое пламя.

— Ни слова больше, понял, — примирительно киваю. — Слушай, — чуть помолчав, решаю попробовать. — А возьми меня в ученики? — пивший в этот момент разбавленное вино Абтармахан подавился и закашлялся.

— Нет!!! — только ночь и спящая Абхилаша не дали ему проорать эти слова во всю глотку. Он даже капельку почернел.

— Ну, нет, так нет, — пожав плечами, я полез под бок к единственной в нашей компании женщине: этот вредина поставил меня на собачью вахту, так что надо бы выспаться немного впрок.

На следующий день продолжили путь. Шли ходко. Лишь одно происшествие омрачило дорогу, да и то — ненадолго. Обнаглевшие то ли от голода, то ли от безнаказанности крестьяне из одной отдалённой деревушки посмели напасть на трёх небедных путников. Главарь шайки потом говорил, что, дескать, думали, будто справятся с двумя воинами и девкой. Ну да: их-то под полсотни. Абтармахан церемониться не стал, на миг лишь обернувшись огромной огненной змеёй, чей хвост, описав чудовищную дугу, оставил за собой трупы, разрушенные дома и пожары. А те, кто напал на отошедшую куда-то Абхилашу, и вовсе начали сражаться друг с другом. Это происшествие заставило меня слегка иначе взглянуть на любовную магию: раньше она мне казалась игрушкой для женщин, но, судя по всему, я несколько ошибался.

Помимо прочего, не переставал тянуть информацию. О драгоглазых, сферах… и вообще. Как выяснилось, драгоглазых не очень любили. И это ещё мягко сказано. Помимо перманентной войны с нагами, которые хоть и были опасны, но никогда не нападали на людей первыми, нередко помогали при редких встречах, драгоглазые отличались дурными нравами в отношении рода людского. Жили в горах и предгорьях, любили увести одиноких путников и мелкие группы, заставить заплутать, похитить. Детей похищали даже из поселений, далёких от гор: три-четыре дня пути до гор не могли спасти деревню от этой напасти. Но при этом в открытую этот народ старался не воевать, прятался в пещерах и подземельях, был немногочисленным, иногда торговал, а сильные адепты храма нередко с ними умудрялись договариваться.

— Абтармахан, а откуда название?