— Уж прости, — я кинул в рот ягодку винограда. — Ты сама сказала, что её нужно изморить, сломать, опустошить. Старался, как мог. Разве что не пытал.

— Да, этого хватило.

Королева, сумев взять под контроль физическую оболочку, первое, что сделала — отправилась мыться и пить воду. Потом отдыхать. Двое суток она старательно давила прежнюю хозяйку тела, восстанавливала его, приводила в порядок. Потом позволила себе десятичасовой сон. Для отдыха физической оболочки в первую очередь. Ну и, наконец, соизволила меня найти, присоединившись в купальнях.

Откровенно говоря, когда бывшая магесса отмылась, слегка отъелась и выспалась, эстетически она стала крайне приятна глазу, так что против я, разумеется, ничего не имел. Увидев, как я в очередной раз прохожусь по её груди глазами, Ксарнраадж покачала темноволосой головой:

— Сейчас не до этого. И не забывай, что еще несколько дней назад это тело валялось в твоей темнице в собственных испражнениях.

— Умеешь ты сбить желание, — я аж скривился.

— Мне не до того, — Красная была непреклонна. — И даже если бы было до того — слишком мало времени прошло, чтобы давать такие яркие ощущения старому сознанию. Я её растворяю, усыпляю, давлю и размазываю, развеиваю, но это дело не одного дня и даже не одного года.

— Насколько ты её уже… — я покрутил рукой в воздухе.

— Меньше доли о трех порядках, — она пожала плечами. Я мысленно прикинул. Три порядка — это двенадцать на себя трижды. То есть… Тысяча семьсот двадцать восемь. За эти дни Красная «съела» Альфиру меньше чем на… На двадцатую часть процента она только её «съела». «Впечатляющая» скорость. Вероятно, там и не нужно уничтожать исходное сознание полностью. Скорее всего, его можно будет окончательно «добить» на каком-то этапе. Но да. Если за неделю, считай, она справилась лишь настолько, то чтобы пройти этот путь хотя бы больше, чем наполовину, ей потребуется больше двух лет. А реально ориентироваться можно только года на четыре, наверное. Чтобы окончательно сломить разум. Потом еще перестраивать тело. Она начнет это делать существенно раньше, я буду помогать, но времени уйдет очень много. Пусть так.

— Шивкамути Гор у меня.

— Что⁈ — она аж вперед подалась, отчего полные груди правильной треугольной формы аж рассекли поверхность воды малиновыми сосками… Так, в глаза ей смотри, Тиглат! В глаза!

— Я сумел её достать… в процессе, — на моей ладони возникла серовато-песочного цвета горошина. Она довольно сильно поменяла оттенки с момента, как я ее видел в последний раз. Но с другой стороны — для Шивкамути это норма. — Это из плюсов. Из минусов — Храм знает о том, что она у меня. Заберешь? — я протянул руку. Ксарнраадж долго изучающе смотрела на реликвию, после чего покачала головой.