— Поздравляю, тебя продали, — я с довольным лицом повернулся к Инни-Надин.
— Дорого? — девушка выгнула правую бровь.
— Дорого, — кивнул.
— Тогда хорошо.
Глава 16
— Раз мы договорились, — я зевнул, потянувшись руками вверх — спина слегка затекла, а это движение принесло приятную истому и легкое дрожание мышц по всему телу, перешедшее в табун мурашек, — то, может, кое-кто уже закончит с нашим делом? — Я прямо посмотрел на Либатхашу.
— Конечно. Аликель. Проведи нас в семейную гробницу.
— Вы собрались тревожить покой мертвых? — Мужчина нахмурился. Ему явно не нравилось вообще все происходящее, но в ауре теперь преобладали и спокойные тона. Что-то вроде горького лекарства, которое приходится пить. Я его явно не располагал на порцию теплых чувств, но при этом стал… ПОлезен? Мерзким сволочным нелюбимым почти родственником? Ну, как-то так. Все рано что богатый и могущественный дядя, который, конечно, та еще сволочь, но без которого семье хуже, чем с ним. На сестру Молодой еще для главы целого рода, политик старался не смотреть. С его точки зрения он ее продал. В целом — удачно. Да и женщина в конце концов. Но еще сестра, как ни крути. И продал он ее не кому-нибудь, а человеку, уничтожившему их судьбу, убившему их отца… Да список моих заслуг перед Гуабой и их родом перечислять можно долго.
— Мы собираемся его вернуть, — Либатхаша усмехнулась.
— Ты думаешь… — Я нахмурился.
— Я уверена. Пойдем. Убедимся лично.
— Хорошо, — мне было плевать, в общем-то. Мои дела в Гуабе выполнены. Не особо-то и волнует меня все, что тут будет дальше. А Либатхаша пусть командует. Ее город в конце концов, исключая Джулебара, который хоть и талантлив, и мудр, но она тут сильнейший маг. И наиболее жесткий характер тоже принадлежит ей. Не удивлюсь, если среди магов последнее слово всегда за ней.
Мы вышли за пределы дома, обогнув его. Задний двор выходил к стене, разделявший два участка друг с другом. Тут тоже росли кусты. А еще тут был небольшой склеп классической кубическо-треугольной шумерской архитектуры. Небольшой — значит совсем небольшой. Три на четыре метра где-то. Они там хранят трупы? Прах?.. Последнее вряд ли. В нашей культуре нехарактерно обращение тела в прах, хоть и практикуется иногда. Обычно хоронят тела со сложенными ногами, завернутые в саван. С личными вещами. Вряд ли уважаемая семья хоронит своих мертвых в виде урн с прахом. Тогда как это место может быть гробницей?..
Ответ нашел себя сам собой. Отворив тяжелую дверь, Аликель впустил нас внутрь, открыв путь на лестницу. Только сейчас мне стало понятно, почему вход располагался на противоположной стороне здания относительно основного дома. Вход ориентирован был к краю участка, потому что прямо под участком, собственно, гробница и находилась. Спустившись под землю и выпустив множество светящихся огоньков, мы узрели большую картину на стене, где изображены были пирующие люди. Стол был словно не до конца нарисован. Словно там оставались еще места. И изображение явно дополнялось разными художниками. Понятно… Это была старая традиция, почти ритуал. В нем не было ни капли магии, но никто не сомневался в том, что он работает. Богатые и влиятельные люди могли изобразить свою жизнь в посмертии. И здесь целый старый род изображал свою. Когда места за столом закончатся, когда больше за него никто не сумеет сесть, гробницу запечатают навеки. Много же они заплатили, наверное, магам, чтобы им возвели такие катакомбы. Вроде бы и небольшая площадь, но несколько поворотов от главной комнаты тут присутствовало. И в стенах ниши. Сколько тут захоронено?.. Судя по количеству ниш и размеру участка… Мест человек на сто точно есть. А многие еще пустые. Сорок похоронено? Пятьдесят? Максимум шестьдесят.