— Она… — мой мозг медленно и со скрипом, но пытался понять, куда собеседница клонит. Потихоньку картина в моей голове складываться начала. До того, как я поучился на Парифате, почитал методички ЭКЧ… Раньше я бы этого всего не понял. Но вот сейчас… — Пазузу. Я, кажется, догадался.

— Озвучь свои мысли. Что так смотришь? Я же формально твой наставник, — она усмехнулась. Эта улыбка. Раньше я понимал, что Альфира является одним из моих врагов. Не кровником, конечно, но где-то близко. Я в принципе не рассматривал её в сексуальном плане. Но вот было в ней что-то такое женственное, соблазнительно-сладкое, что, видимо, и покоряло раньше мужчин. Теперь это что-то переняла Ксарнраадж.

— Абхилаша была беременна. И носила она первенца. Я сказал Сварнрааджу, что это мой ребенок. Но это было не так. Это было его дитя. Сын, я полагаю?

— Да. Дочери у него есть, но ты прав. Это сын. И это первенец.

Все встало на свои места. Почти все.

— Асамот — сюзерен Абхилаши. А значит, и её ребенка. Он взял себе сразу двоих вассалов, да? А Абхилаша… Взяла себе вроде бы имя Астарта? Она извратила имя Иштар, в пику ей назвавшись так. Ребенок же Абхилаши… Во всяком случае, пока он человек, конечно, точно может претендовать на трон отца. Это, если быть точным, вообще говоря самый законный претендент на трон. Но есть еще Майрам…

— Как решаются споры между равными наследниками? — Красная слегка подтолкнула меня в нужном направлении.

— Силой. Кто соберет большую поддержку, тот и прав. В Бхопаларе так всегда было, есть и, вероятно, будет. Майрам сейчас набрала большое влияние при дворе, ей верна та часть страны, которая раньше была Страной Рек, её ребенок обопрется на силы своего деда по материнской линии и на многих подданных центральной части Царства. Пусть раджа Рек уже мертв, но северо-восток поддержит свою кровь. Осталось несколько ракшассов, кроме того — она активно учит своего сына в Храме… Тут даже подумать было бы странно, что у какой-то другой наложницы будет сын более легитимный, за которым встанет большая сила.

— Если только это не будет сила потусторонняя, с которой Храм совсем не против заключить соглашения. А отплатят они, разумеется…

— Людьми. Будут отправлять по тысяче человек каждый год. Жертвы… Даже и не по тысяче. Старики, больные, бедняки… Там можно много кого найти. Это же огромное государство. Это словно Шумер времен Мардука. Но кто новый Азаг’Тот?.. Кто станет новым Этаной? — я произнес имя, которое в Шумере было практически табу. Негласным запретом. Проклятый тысячекратно старый верховный маг, предавший свой народ, свой мир и все человечество, ставший Азаг’Тотом, начавший времена владычества Древних.