— Это же… Дом Машды?.. — я удивленно смотрел на то, как шарф изгибается, меняя направление. Заклинание явно подстраивалось под текущую позицию не сразу, так что, выйдя из переулка, мы могли наблюдать медленный поворот в нужную сторону.

— Теперь уже не его. И даже не его семьи. Они переселяются, Эмеш Сухи’Кель продает эту землю и этот дом. Не хочешь купить, кстати?

— Зачем мне? — я удивленно повернул голову к Либатхаше.

— Ты сюда слишком часто заглядываешь во время каких-то неприятностей. А так сразу будешь ждать их тут. И тебе проще, и городу хорошо.

— Я и уйти могу, — я нахмурился.

— Иди, — Либатхаша пригласительно повела рукой в сторону ворот. Если пройти по улице туда и свернуть левее, то как раз из внутреннего посада выход будет.

— Помощь уже не нужна?.. — я приподнял бровь.

— Я просто уже поняла, кто наш гость, — женщина приподняла уголки губ.

— А, хочешь всю славу себе заграбастать⁈ — я возмущенно посмотрел на коллегу по Гильдии. — Обойдешься. Идем внутрь!

— По какому праву вы вламываетесь на мою территорию? — вперед вышел мужчина средних лет. Шумер классический. Худой, но не тощий — мышцы выдают воина. А еще воина в нем выдает копье. Стоило нам только войти через отомкнутую телекинезом деревянную заслонку в стене, закрывавшую входной проем, как навстречу вышел этот человек.

— Успокойся, Аликель.

— Мудрая Либатхаша?.. А это… Абгаль Тиглат! — хмуро уставился на меня мужчина. — Я слышал, что с эном произошла беда. Так ли это?

— Эн мертв. Только не до конца, — Либатхаша повернулась назад, сделав движение рукой, выгоняющее всех, кто успел протиснуться за нами. Остался только Миш’Эрра, который отходил узнать какие-то новости, догнал нас позже — когда мы подошли уже к самому дому.

— Моему роду сыпятся новые несчастья, — нечитаемым взором пройдясь по мне, вымолвил хозяин дома. — И что же теперь? Свадьба отменяется?

— Боюсь, что да, Аликель, — Либатхаша подошла к мужчине почти вплотную. Задумавшись, она промедлила секунду, а потом задала прямой вопрос: — Где Машда?

— Отец?.. — А, так это сын… Я видел Машду только мельком несколько раз — сложно понять родство, даже столь близкое, если не сопоставить два объекта рядом друг с другом. Но вроде бы что-то общее есть. — В семейной усыпальнице.

— Её вы тоже продаете?

— Харум ведет свой род от моей тети тоже… Семьи разные, но кровь общая, — Аликель покачал головой. — Мы обговорили условия. Я и мои потомки в усыпальницу не ляжем, но сможем навещать тела. А они не станут её трогать. Все честь по чести.

— А что за свадьба? — я решил уточнить, хотя мою голову что-то царапнуло. «Ведет свой род от моей тети…» Так он сказал. «Семьи разные, но кровь общая». Зацепили меня эти слова. Надо будет их обдумать. Мотнув головой, я сосредоточился на мужчине. Впрочем, ответил мне уже позабытый Миш’Эрра: