— Разговоры отставить, — в наушнике через треск пробился сиплый сухой и слегка приглушенный защитной маской голос командира. — Мы подходим. Оружие наизготовку.

Кабан снял предохранитель с пистолета-пулемета. Палец лег под курок. Еще с мирных времен он очень четко помнил — на курок нельзя. Даже если предохранитель поднят. Перестраховка, конечно. Но вот если снят — точно нельзя. Скорострельность оружия запредельная. Если случайно пережать, спазм в руке, споткнулся — сразу выстрел. Палец удобно держать именно под курком: точно ничего лишнего не нажмешь, а стрелять можно начать почти мгновенно.

Вокруг послышались щелчки, кто-то попрыгал: они перешли на медленный шаг, темп позволял проверить лишний раз, как и что сидит.

— Слушай задачу, рассредотачиваемся. Первое крыло — левый фланг, второе — центр, третье — правый фланг. Ширина фронта — порядка полутора сотен метров. Позиции занимаем через сотку. Мы на центре. Пошли, — этих простых объяснений было достаточно, чтобы люди, не держа никакого строя, довольно организованно начали расходиться, становясь чем-то вроде разреженной людской волны, занимающей незримую линию впереди. Кабан с Шустрым шли вдвоем, поодаль — метрах в пяти, столпилась группа из шести человек. Все было неравномерно, нечетко, но зато управляемо. — Ждем. На берегу может быть отряд диверсантов до двух десятков человек. Вероятно — меньше. По команде — атакуем в малых группах. По возможности — стрелять по ногам, взять живыми. Уйти давать нельзя. Не получится — стреляйте на поражение. Вооружены могут быть чем угодно. Скорее всего — стрелковое вооружение и гранаты.

Кабан мысленно сразу решил, что заниматься всякой хренью не будет. Бить, как получится. лучше в туловище. А там — никто не разберется. Судя по жесту шустрого с щелчком у глотки — он был того же мнения. Как и половина, а то и весь состав роты. Ничего удивительного — собрать хорошо умеющих стрелять мужиков — не значит сделать их спецназом или хотя бы регулярной линейной частью.

Через минут двенадцать в наушнике отрывисто прозвучало:

— Вводные те же. Атакуем!

Спустя несколько мгновений они с Шустрым короткими перебежками между растущими по эту сторону холма деревьями двинулись в сторону реки. Там стояло пять человек. Они были на виду, не прятались, вели себя крайне беспечно. Кабан так и не смог определить, где было охранение, дозор… Ликвидировали черные стрелки? Вообще не ясно. Но то, что пятерка стояла абсолютно расслаблено, явно не готовая к бою, было очевидно. Перед ними лежала на земле странная металлическая капсула. Один из пятерки как раз вложил внутрь какой-то предмет… Миг — и капсула просто исчезла. Словно голограмма пропала. Возможно — именно в этот момент что-то внутри Кабана почувствовало неладное, сжалось, а затем натянулось, словно струна. Какой-то инстинкт или седьмое, восьмое. тридесятое чувство, которое позволяло выживать последние годы. Но он вместо того, чтобы нажать на курок, бросился на Шустрого и повалил того на землю. Вовремя: пространство вокруг попросту вспыхнуло, оставив свободным только сантиметров тридцать от уровня земли. Со всех сторон помимо звуков начинающихся очередей послышались вопли, хлопки детонаций патрон и других боеприпасов, рванула граната… Скорее всего Н-3 — наступательная третьего поколения. Они были сейчас самыми популярными.