Откуда он их столько достал, я понял: все новые и новые твари выбегали и выползали из его мешка, развязанного под ногами. Нет, это же надо! Трупов нет? Так он из расширенного пространства их достанет!..

В конце концов, я понял, что дальше так продолжаться не может. Новое Облако Отчаяния сорвалось с ладоней и стало быстро наползать на импровизированную арену. Ожившие зверюшки падали сломанными куклами — явно низкокачественная нежить — а камни и комья земли больше не поднимались в воздух там, куда доползал красноватый туман. Уже запущенные телекинетиком стали менее точными, хотя и не исчезли совсем — я еще не накрыл троих противников.

Следующий их ход меня едва не прикончил. Точнее, он мог бы меня прикончить, если бы я был расслаблен и не видел ближайшего будущего.

Мне под ноги упала алхимическая колба. Из дешевых, которые делаются из обожженой глины. Считай — закрытый воском горшочек. Я заранее увидел этот момент и отпрыгнул назад. Вовремя. Буквально пара секунд прошла, пока сосуд лежал на земле. А потом прямо посреди моего Облака Отчаяния вспыхнуло другое облако. Поменьше. Зато температура там была такова, что от меня бы осталось… Ну ладно. Скажем, Дыхание Мерталла от артиллеристов Доминации было пострашнее. Не убили бы они меня. Но обожгли бы знатно.

Даже успев отпрыгнуть подальше, я все равно почувствовал перед лицом сильный жар, мгновенно высушивший пот, собравшийся над верхней губой.

Заканчивать нужно было побыстрее. Пока эта талантливая гильдейская молодая поросль еще что-нибудь не придумала.

Поднятый с земли камень стал отличным решением. С’мшитский знак «быстро» позволил совершить мощнейший по начальному импульсу бросок. И, в отличие от моих соперников, я был крайне точен. Попадание в голову Узубару мгновенно отправило его в беспамятство. Остальные маги попросту сдались, поняв, что их резервы почти на исходе, а Облако Отчаяния уничтожило большую часть начальных заготовок.

Итого — я потратил еще порядка двухсот с лишним единиц маны. Почти в ноль, если медитация достаточно эффективно пойдет.

Следующие два боя не стали чем-то выдающимся. Кажется, у моих оппонентов закончились «выдумщики». Это были классические маги, классические заклинания, классических шумерских школ в разных направлениях. Итересен был разве что Амуркан из Гуабы: он обратился огромным огненным элементалем. Точнее, он сумел его создать поверх собственной кожи, буквально вместив себя внутрь пламенного монстра. Но мастер есть мастер. Он даже мне, тому еще аутсайдеру по объемам маны среди магистров, уступал. Долго он продержаться не мог бы против меня при всем желании.