Так что два дня я готовил артефакт к «приему постояльцев», проверяя и перепроверяя его возможности, структуру, зачарования. Переселение эмушитов из барабана произошло буквально за несколько часов до явления Гуабы обратно, а сам барабан я уместил в одной из ниш в большой гостинной. Рабам было сказано не трогать, а что там будет с дураком, который не послушается моего наказа… Не очень-то и важно. Дворец не разрушит, а остальные последствия и смерть идиота меня мало волнуют.

— Собираешь коллекцию, Магистр, — Менгске крякнул, когда ему в лоб прилетела на полной скорости муха. Ну или скорее мелкий овод. Видимо, жаркий день совсем сбил насекомому навигацию. Выглядело это настолько комично, что я невольно заулыбался.

— Это история, Верховный. Моя история. Отчего бы не собирать.

— Не только твоя, а наша. Всей Гильдии, всех магов Шумера.

— Ты это ведь не просто так говоришь?

— Ты учился у непростого учителя. И я, как и весь Шумер, признаю право убить его. Потом ты убил Хорана. Дальше убил Йена. Это все шумерские маги, которых ты отправил на встречу с богами, Тиглат из Вавилона?

— Конкретно этих трех я отправил на встречу с демонами, — я нахмурился. — Ты странно ставишь свой вопрос, Верховный.

— Я очень правильно его ставлю. Тебе, как и всем магам, надо отдавать долг нашему искусству. Твой второй учитель — Халай Джи Беш, воспитал больше двух десятков учеников. Его ученики становились архимагами, становились магистрами. Ты вот — магистр. Тебе сколько? Пятьдесят два?

— Примерно так… Вроде бы. Я не особо считаю.

— А учеников все еще нет. Я в этой истории с Гуабой пошел тебе навстречу. А ведь мог поступить по-разному. Теперь ты пойди навстречу Гильдии, отдай долг нашему искусству, дабы оно не увядало после нас с тобой. Возьми учеников. Учи их. Научи. Сделай подмастерьями. И живи дальше в роскоши и изобилии, как положено хорошему чародею.

— Это приказ, Верховный?

— Это наказ. И лучше бы тебе его не ослушаться.

— Я услышал тебя.

— Надеюсь, еще и понял, — Менгске посмотрел на меня долгих две секунды, после чего повернул назад — к выходу из помещения. Я провожал его взглядом, пока туника архимага не скрылась за поворотом коридора.

Ученика? Мне? Из меня учитель… Такой себе. Надо побыстрее с дворцом заканчивать и искать Агаста, кстати. А новых учеников брать я пока не готов. Хотя Верховный будет настаивать. Мнегске — старый упертый козел. Еще, правда, могущественный и мудрый. Но про первую часть его описания знают все, а про вторую он обычно напоминает.

Позже появилась Гуаба. Глядя на нее со стены дворца, я мрачно усмехался. Репутация — дело такое. Если вопросы с Верховным уже решены, то мне больше никто ничего не предъявит за эту выходку. А вот жители города наверняка пережили не самые лучшие дни своей жизни. Я сразу, еще в первый день, когда они прибыли, сказал людям Машды — гуаба перестанет быть великим городом, если они со мной свяжутся. Свои обещания я сдержал. Если энн отрекся от своего титула — или помер, что тоже меня устроит — то больше со стороны города мне угрозы нет. Не думаю, что там найдется кто-то достаточно отмороженный, чтобы со мной теперь конфликтовать. Осталось завершить дела хозяйственные, зачаровать стены, вложить в пирамиду и алтарный камень хотя бы по несколько колб-накопителей… И можно отправляться Бхопалар. Или еще куда. Те-Кемет? Земли Эллады? Мне нужно сосредоточиться на двух важных задачах — Агаст и Ксарнраадж. Времени прохлаждаться вечность нет.