Храм, может, и был не тот, что прежде, но в Бхопаларе какая-то запредельно аномальная концентрация всяческих сущностей и лоа. И все они теперь предпочитали с храмовниками сотрудничать, когда тем требовалось. Что в свою очередь стало для меня крайне неприятным сюрпризом. Даже местечковые хранители некоторых водоемов сдавали мои перемещения, хотя уж эти-то в целом должны быть лояльны к жрецу Энки.

Благо ручьи и озера, крупные реки стали для меня все же скорее союзниками, чем врагами. Обычно преследователям того только и надо — чтобы какой-нибудь альтернативно одаренный «гений» петлял по ручьям и мелким речушкам. Одно из немногих воспоминаний прошлой жизни, которое оставалось в голове четким, было о странном убеждении прошлых моих современников в том, что вода якобы смывает следы. Но в этом времени всем прекрасно известно, что капли воды, наоборот, прекрасно консервируют запахи. От собак по мокрой почве вообще практически невозможно уйти. К счастью, выслеживали меня не с собаками.

Добравшись очередной серией телепортов до океана, я даже не подумал отдыхать.

Новое перемещение, знак «быстро» — и воду голыми пятками я уже рассекаю на огромной скорости, поднимая тучу брызг.

То, что идея была не самая здравая, я понял сразу же: небольшая волна зацепила голень, из-за чего устойчивое вертикальное положение моего тела мгновенно потерялось, а я сам закрутился оставшейся после применения с’мшитского знака скоростью и сопротивлением воды. Наверное, если бы Ледяной Ящер мог наблюдать, как мое лицо впечатывается в водную гладь с такой силой, словно его туда великан отправил залихватским ударом, то ему было бы капельку менее обидно за утреннее поражение.

В океане меня достать было практически невозможно. Чары водяного пузыря легли на рот, обеспечив приток воздуха и возможность дышать, а вызванное течение понесло меня прочь от берега. Даже наблюдатели с воздуха, если таковые и были, не сумели бы распознать меня на глубине в десяток с лишним метров.

— Выводы: Бхопалар — дрянное местечко. И путь мне туда закрыт. Прости, учитель, но твой друг оказался козлом, — я задумался. — Вонючим лэнговским козлом, проданным туда касситами. Вывод номер два: у меня кончилась приличная одежда.

Как ни парадоксально, добравшись утром следующего дня до берега много километров восточнее — уже за пределами Бхопалара — я не сумел в инвентаре обнаружить простейший, но крайне нужный мне предмет — безрукавку. Была туника, но надевать её — только портить. Еще оставалась накидка ЭКЧ. Она и так была на мне и, слава всем известным мне светлым богам, пока что показывала чудеса прочности. Впрочем, её и не для таких условий создавали. Создавать вещи из ничего или трансформировать что-то я не особо умел. Нет, превратить камень в золото я, предположим, смогу. Но вот что-то сложное — форма, свойства, прочность, долговечность… Это уже не про меня. Была когда-то мысль научиться создавать свой типичный набор одежды: безрукавка и штаны как минимум. Частично я даже это сделал, но все же не совсем из ничего. И качество было так себе, а долговечность минимальна.