Он не сказал ни слова. Он не кивнул. Он просто прошел мимо, на долю секунды задержав на мне свой взгляд. Во взгляде этом не было простой неприязни. Там было чистое, концентрированное презрение. Презрение практика к теоретику.

Это длилось всего мгновение. Он прошел дальше по коридору, оставляя за собой шлейф дорогого парфюма. А я остался стоять, чувствуя, как по лицу снова разливается знакомая горячая волна унижения. Его мир, с его правилами. И он только что снова мне об этом напомнил.

Вечерами я ломал Туториал, днем — пытался незаметно протащить зашифрованные пакеты «Этерии» через корпоративный фаервол «ПиксельХаба». Опасная игра. Если бы служба безопасности засекла мой трафик, увольнение было бы самым легким исходом.

Дни летели в напряженном ожидании.

Однажды вечером, на выходе из офиса «Фермы» я столкнулся с Машей.

Она, как всегда, жизнерадостно предложила выпить кофе, и в этот раз я, к своему собственному удивлению, согласился. Просто чтобы не идти сразу домой в объятия нейрошлема. Просто чтобы услышать живой человеческий голос, от которого я немного отвык за последнюю неделю.

Одно случайное кофе превратилось в запланированный ужин.

Она была самым простым и доступным решением проблемы под названием «вечернее одиночество». Той самой проблемы, что висела на до мной уже пару лет.

Она не требовала от меня быть гением, не задавала сложных вопросов. Ей было достаточно, чтобы я просто был рядом, слушал про скидки в торговом центре и смешные видео с котиками.

За ужином последовал поход в кино.

Отношения по инерции, отчаянная попытка самообмана. Попытка доказать самому себе, что я еще могу жить «нормальной» жизнью, как все. Что я не просто придаток к нейро-интерфейсному креслу.

Она была приемлемым вариантом, чтобы заполнить пустоту, которая образовалась в моей реальной жизни, пока вся моя настоящая страсть перетекала в мир цифровой.

Вечерние игровые сессии превратились в ночные, но не потеряли своей яркости.

Сильно помогало то, что после нейрошлема я не испытывал обычной усталости, как от ночи за компьютером без сна.

Видимо и голова, и тело отдыхали, пока я играл.

* * *

И вот я стою посреди улицы, как шахматист, сделавший ход и ожидающий ответа противника.

Все мои фигуры были расставлены. Дверь заклинена, водосток забит, кот напуган. В очередной раз я устранил все известные мне переменные, все заскриптованные «несчастные случаи». Теперь система должна либо признать поражение, выдав ошибку, либо… сделать свой ход.

Я ждал.

Как я и предполагал, через несколько минут дверь подъезда, который я заблокировал, дернулась. Один раз, второй. Потом тишина. Система поняла, что этот путь закрыт. Через полминуты открылась соседняя дверь, из которой я никогда прежде не видел выходящих NPC. Из нее вышла Мия.