Фух, отлегло.

— Что ещё туда можно запихнуть? — спросил я.

— Всё, что угодно, — гордая собой ответила гоблинша, и в этот момент её массивные очки с макушки сползли на нос.

Я представил, как складываю в карман записи Карнавальского, и они исчезли с ладони. Получилось это ещё легче, чем в первый раз. Затем взял в руку молот, лежавший возле кровати, и тоже отправил в кольцо. Вышло ещё быстрее и увереннее.

Револьвер исчез в кольце так быстро, будто сам туда стремился. А вот патроны я туда засовывать не стал. Всё-таки на поясе в патронташе хранить их удобнее. Да и зелья и прочие вещи из артефактного пояса тоже не стал перекладывать в кольцо. Привык я к нему. Действовал он, кстати, похожим образом, как и кольцо. Только размер вещей, пролезавших в отсеки, был ограничен.

— Я чувствую, что у меня с ним есть связь, — произнёс я вслух, потирая подбородок и думая, что бы ещё спрятать в кольце.

— Хм, — Агнес поджала пухлые губки. — Наверно, поэтому вытащить бумаги у меня не вышло. Я не хотела связываться с кольцом, чтобы ты стал у него первым.

— Чего? — расхохотался я. — Типа я кольцо невинности лишил?

— Ну… — гоблинша пожала плечиками, — вроде того.

— А ещё таких сделать сможешь?

— Да запросто! Только материалы дорогие…

Пространственные кольца стоят дорого, а те, которые не излучают ману при этом, ещё дороже. Рядом со мной всё это время находилось ходячее зелёное сокровище, а я и не знал!

Нас отвлёк стук в дверь. Пришли слуги, присланные Императором. Четверть часа они снимали с меня различные мерки, затем так же быстро ушли. А позже вечером принесли одежду. Я тут же примерил.

Качество материалов сразу меня поразило: не обошлось без артефактных, особо устойчивых к повреждениям тканей. Уж для меня-то это условие просто необходимое. Одежда оказалась простой и удобной.

Свободные тёмные штаны с большими карманами, футболка из удобной ткани, в которой не потеешь, свитер с высоким горлом, тоже чёрный, и коричневая кожаная куртка с меховой подкладкой. Я с улыбкой вспомнил меховую жилетку, которую для меня перешивала княжна Онежская. Оставил её в академии, думая, что в столице она мне не пригодится. Что ж, будет здесь вместо неё куртка.

Завтрашний день обещал быть прохладным, так что выбор одежды не вызывал вопросов.

Спать ушел рано и проснулся в три часа утра. Хотя я никогда не понимал, почему три часа — это утро. Темень же несусветная на улице.

Быстро привёл себя в порядок и оделся. Машинально перекинул из карманов брюк в штаны вещи, в кольцо засунул специи и специальные короба. Мало ли какая добыча будет на охоте? После нацепил на себя артефактный пояс, кобуру и вышел из комнаты. Спустился на первый этаж. В доме было тихо и темно, все спали. Веронику и Лакроссу обнаружил в холле — они заснули прямо за столом среди обрывков красной ткани. Накрыл их тёплыми пледами и вышел вон.