— Ну, — откинулся я на стуле, отхлёбывая горячий кофе, — расскажите нам, господин Годунов, как тяжело быть сыном Императора.
У девушек ложки изо ртов повыпадали от удивления.
Глава 10
Западная граница
Резиденция Князя
Два дня назад
Князь склонился над картой подконтрольного ему участка границы с владениями Саранчи. Сверху вниз извивалась линия Предела. Это была стена с магическими барьерами и мощными крепостями, которая протянулась с севера материка на юг, отделяя мир людей от врага. Слева на карте — территории Саранчи: выжженные пустоши, на которых осталась только голая земля, изрытая снарядами. Справа — равнины и леса. Последние нещадно вырубались, чтобы лишить противника природных укрытий в случае прорыва.
Князь, поглаживая бороду, слушал доклад старшего воеводы Степанюка — высокого и жилистого мужика со шрамами в пол-лица и седым ёжиком.
— Третья крепость едва держится, Ваше Сиятельство. Саранча не ослабляет напор, погибла уже треть гарнизона. Им требуется подкрепление.
— Нет, — сухо отрезал князь. — Пошлите им больше боеприпасов, пусть не жалеют их. Передайте, чтобы держались любой ценой.
— Господин, — глухо произнёс другой воевода, невысокий и молчаливый, — если не выслать подкрепление, то мы получим прорыв.
— Это отвлекающий удар. Враг умён: он ждёт, что мы отправим наши резервы, чтобы после нанести главный удар в другом месте. И тогда мы точно получим прорыв, который будет нечем заткнуть. Вам всё ясно, воевода Демидов?
— Да, Ваше Сиятельство.
Князь на самом деле ценил Демидова за его прямоту, честность и беспредельную храбрость. Если тот видел что-то ему непонятное или, по его мнению, пагубное, то непременно сообщал об этом вслух. Он был хорошим тактиком, но плохим стратегом. Не видел картину в целом и не думал наперёд. Поэтому ему никогда не видать должности старшего воеводы.
— Степанюк, — князь повернулся обратно к старшему, — докладывайте дальше.
Вдруг в дверь комнаты постучали, и вошёл слуга.
— Господин, к вам князь Мечников, — сказал он.
— Мечников? — удивился мужчина. — Как он здесь оказался? Велите подать вина, я скоро буду.
Выслушав доклады остальных воевод и раздав указания, князь поспешил в свой кабинет. Он не видел перед собой коридоры замка-крепости, шёл на автопилоте, погружённый в собственные мысли.
Дела в последнее время складывались крайне неудачно. Саранча наседала, выбивая защитников Предела одного за другим, дружины редели, и князь ничего не мог с этим поделать. Он опасался, что враг снова применит тот приём, который позволил ему пробурить ход под горами, и нанесёт удар с тыла. Это сразу разрушит оборону, которая выстраивалась семь веков. Поэтому он всегда держал три дружины в состоянии полной боевой готовности, и ещё три на подхвате.