— У тебя же тоже! — продолжил я тихо, но достаточно, разборчиво. — Достань свой пистолет и пристрели гада!

— Что? У тебя есть пистолет, аристократишка? — придвинулся громила, выпятив нижнюю губу.

— Вы же нас не обыскали, — сказал ему. — А у него пистолет есть! И лучше тебе сложить оружие, пока он его в ход не пустил.

— Дубов! Ты вконец охренел⁈ — верещал Дарницкий, пытаясь вжаться в угол купе. — Ты что несёшь⁈ Нет у меня никакого пистолета, он лжёт!

— Он самый быстрый стрелок на всём Кавказе, лично видел!

— А ну, выворачивай-ка карманы и задирай штаны, аристократишка. Хочу убедиться, что пистолета у тебя нет.

— На твоём месте, — снова зашептал Дарницкому, — я бы делал, что он говорит.

Трясясь, как последний лист на ветке, Дарницкий встал, скользя спиной по стене. Стал выворачивать карманы костюма и задирать штанины. А Кастет окончательно переключил внимание на него и забыл обо мне.

Чем я и воспользовался. Схватил его руку с пистолетом, задрав вверх, и сжал. Хрустнули пальцы, как виноградные косточки на зубах. Бахнул выстрел, и в потолке стало на одну дырку больше. Нормальная такая дырень получилась. Кулак пролезет. Не мой, правда, а того же громилы. А он как раз заорал.

Я пнул его в живот, и бандит вылетел, выбив стекло.

— Ты забыл кое-что, — выбросил ему вслед оторванную руку.

Так, теперь нужно действовать быстро. Врагов осталось семеро. Остальные наверняка слышали выстрел и сейчас будут здесь.

Дарницкий сполз обратно на пол, а под ним быстро выросла лужа. Он трясся и давился всхлипами.

Я бросился к выходу из купе.

— Я с тобой! — Лакросса призвала копьё в руку.

— Нет, ты останешься здесь, — отрезал я. — На случай, если есть ещё кто-то, кроме тех семерых. На герцога и его компанию я рассчитывать не могу, только на тебя.

Дарницкий так и сидел в луже, а его друзья, два парня и две девушки, бледные, жались к стене купе.

— С остальными я разберусь.

— Поняла, — кивнула Лакросса.

— Господин, вы вернётесь? — испуганно спросила Вероника. За Агнес же говорил её взгляд.

Если Вероника и Лакросса уже побывали в боях во время похода, то гоблинша впервые заглянула в лицо смерти. Ничего, она девочка крепкая, оклемается. Главное, чтобы не отдавала страху свою волю.

— А ты сомневаешься? — усмехнулся я и вышел.

Сейчас я с этими говнюками разделаюсь.

Быстро прошёл вдоль вагона, отметив, что поезд почти остановился. Ещё пара минут тихого хода, и он замрёт на месте. Нужно спешить.

На всех парах выскочил к тамбуру между вагонами. Дверь была открыта, а мне навстречу кинулся один из бандитов.

Значит, выстрел всё-таки услышали.