— Что? — пискляво воскликнул один, самый низкий дружинник. — Командир, а ещё можно отказаться?

— Нельзя, Аглай, — отрезал мужчина. — Четверо идут со мной. Сперва проверим общагу, затем остальные помещения. Сейчас все должны спать. Гриша, ты займёшь точку на самой высокой крыше. Будешь нашими глазами здесь. Увидишь цель, стреляй на поражение.

Другой воин с крупнокалиберной винтовкой, длиной с него ростом, кивнул и перекинул зубочистку из одного уголка рта в другой.

— Всем всё ясно? Прикрываем друг друга, свидетелей не оставляем.

— Так точно, командир, — хором отозвались бойцы.

— Выдвигаемся. И помните: ни слова по-русски.

— Ok, sir! — отозвался щуплый, самый балагур из них.

Они сняли оружие с предохранителей и двинулись через лес к стенам академии. Но не прошли и половины расстояния, как командир снова приказал остановиться. Дал сигнал пристегнуть к шлемам очки ночного видения. И то, что увидели воины, поразило их.

В лесу было полно народу! Он буквально кишел какими-то непонятными людьми, которые ручейками стекались к воротам академии. Командир дал сигнал скрытно проследить за чужаками, и отряд двинулся, не издавая ни звука. Всё-таки это были лучшие дружинники Светлейшего князя. И самые верные, которые чтили его даже больше, чем Императора.

Чужаки были примерно одной расы. Смуглые, с чёрными как смоль бородами и замотанные в тряпки, что сливались цветом с листвой деревьев. Все были вооружены лёгким стрелковым оружием, на поясах болтались ятаганы, кривые ножи и секиры. Они переговаривались тихо и на незнакомом языке.

Отряд проследил за потоком людей до ворот. И замер в нескольких сотнях метров. Охраны в академии будто вообще не было. Или её уже убили. Несколько ящиков пришельцы сложили возле ворот. От них шло голубоватое свечение. Вдруг люди с криками начали разбегаться. Они больше не скрывались.

— Какого х… — начал говорить командир.

Аглай его перебил:

— You say «No Russian», sir!

— Заткнись, Аглай, — прошипел мужчина. — Что они…

А в следующую секунду грохнул взрыв. Ворота академии буквально испарились в яркой вспышке, отряд уронило ударной волной. Огромные куски каменной кладки взмыли в небо и с грохотом начали падать вниз. Несколько из них улетели в сторону самой академии, парочка упала на тех, кто взорвал большие створки. У командира звенело в ушах.

Он потряс головой, и звон начал стихать.

— Твою мать… — процедил он. — Меняем план! В бой не вступаем, ищем цели и бьём так, чтобы подумали на этих придурков. Если они ослабят Дубова, нам это только на руку.

* * *

Окраина Пятигорска