* * *

— Да, консул, именно Заальсфельд! Это небольшой городок в отрогах Франконских гор. Вот, извольте видеть…

Генерал Сульт услужливо расстелил перед консулом карту, указывая на нужный пункт.

— Там, знаете ли, имеется деревянный мост через реку Заале; перейдя его, мы выйдем в тыл армии Кутузова. Нам во что бы то ни стало надо захватить город вместе с этим мостом целым и неповреждённым: иначе Кутузов сможет отступить, спрятавшись за рекой Заале. В последнем случае, мы сможем нагнать его только возле Иены, где имеются два каменных моста!

— Неужели мы не сможем устроить наплавные мосты? Заале — не такая уж и широкая река! — недовольно спросил Жубер, поднимая голову от карты.

Генерал Сульт сконфуженно развёл руками.

— Консул, сапёры утверждают, что это невозможно. Течение слишком быстрое, а берега слишком обрывисты.

— Ну, значит, Заальсфельд! Генерал Ланн обладает нравом гусара и сердцем льва — полагаю, он сумеет с наскока овладеть этим городишком!

«И головой осла» — подумал про себя недолюбливавший Ланна начальник штаба, удовлетворённо кивая. На самом деле, он уже спланировал движение таким образом, что именно у этого пункта должна была оказаться левая французская колонна сразу по выходе из городка Графенталь.

Действительно, дойдя до Графенталя 21-го марта, уже утром 22-го Ланн направил свой корпус на Заальфельд. Он прибыл туда за один переход, очень ранним утром 23-го числа. Французские офицеры Вестфальской армии, еще не видевшие неприятеля, с любопытством вглядывались в открывшиеся перед ними дали. Лесистые откосы, окаймляющие Заале, в этом месте удаляются от ее русла, оставив на берегу болотистую равнину, посреди которой и возвышается небольшой городок Заальфельд. Именно там, по данным кавалеристов, находились передовые аванпосты смешанного русско-немецкого корпуса.

Подойдя к периметру высот, с которых начинается спуск к Заальфельду, Ланн заметил перед городом силы русских. Разведка — гусары полка генерала Нивьера — доложила, что в городке стоит корпус генерала Остермана-Толстого примерно в 7 тысяч пехотинцев и 2 тысячи всадников.

— Отлично! Русские занимают совершенно непригодную для боя позицию! Их левый фланг, состоящий из пехоты, опирался на город и реку, а правый фланг, состоящий из кавалерии, простирался на равнине. Прямо над ним нависали высоты, откуда французская артиллерия могла обстреливать его картечью, а позади него протекал заболоченный ручей Шварц, который довольно трудно перейти. Таким образом, отступление принца было обеспечено весьма дурно.

Генерал Ланн немедленно собрал военный совет. У него не было еще под рукой ни корпуса Ожеро, маршировавшего следом, ни даже целиком его собственного корпуса. Все его силы сводились сейчас к дивизии Сюше, 21-й гренадёрской полубригаде генерала Альбера и двум полкам легкой кавалерии, 9-му и 10-му гусарским. Тем не менее, помня о приказе непременно захватить мост, надеясь на опыт и революционный пыл своих солдат, он тотчас начал атаку. Прежде всего, Ланн расположил свою артиллерию на высотах, доминирующих над позициями Остермана, и принялся интенсивно их обстреливать.