Я рассмеялся. Настоящим смехом, которого не было давно.
— Пока забирай хоть все кольцо, Мак. Соседи появятся позже. Надеюсь, не слишком шумные.
Она кивнула, вполне удовлетворенно. Потом взглянула на меня снова, и в ее детских глазах вспыхнул тот самый, знакомый по прошлым векам, кровожадный огонек.
— Так когда, господин? Когда пойдем мочить демонов? Я соскучилась по доброй драке!
Я посмотрел на свое кольцо, почувствовал его новую, чудовищную мощь. Посмотрел на девочку, чья невинная внешность скрывала бушующую силу стихий. Усталость куда-то отступила. На ее месте разгоралась знакомая, солнечно-яростная жажда действия. Я оскалился в ответ, в точности как она.
— Скоро, Мак. — пообещал я, и в этих словах прозвучал гул грядущих битв. — Очень скоро. Разве я тебя когда-то разочаровывал в этом?
Глава 17
«Революция уничтожила в первую очередь именно носителей исторической памяти, создателей культурной традиции. Она кричала о строительстве с нуля, о взлетной площадке в будущее и, расчистив бульдозерами страну от гор трупов, создала пустыню духа…»
Савицкий Дмитрий Петрович
Источник мой был выжжен дотла, а мышцы ныли так, будто их перемололи в мясорубке… В голове гудело, как после недельного запоя. Но черт меня дери…
Я был счастлив! Я смог вернуть часть прежнего себя… Словно обрел недостающую конечность!
На среднем пальце левой руки приятно тяжелело усовершенствованное Кольцо. Мое Кольцо… Старый друг, и новая мощь. А внутри ожидала приказов Мак. Эта неугомонная девочка-джинн, тихонько напевая что-то про полив огурцов и готовность «мочить демонов», уже вовсю шебуршилась в пространственном кармане артефакта. Ее неиссякаемый резервуар энергии едва касался моего истощенного Источника, как прохладный ручеек, но даже этот намек на подпитку был подобен глотку родниковой воды в пустыне.
Я вышел из подсобки, не сдерживая ухмылки и насвистывая древний марш победы из своего первого мира — что-то бодрое, с литаврами и фанфарами, понятное только мне.
— Соломон! — громыхнул Васька Кулак, умываясь в деревянной бадье. Брызги летели во все стороны. — Вижу, настроение у тебя боевое! Получилось то, что задумал? Может, того? Отметим? Пивка дернем? Бочка как раз давно созрела!
Рядом с ним стоял Вадим Петрович. Он с угрюмым видом растирал капли воды по своему сюртуку и с неодобрением поглядывал на друга, который продолжал забрызгивать пол и стены. Чуть поодаль невозмутимо курил трубку Семен Мухтарыч. Братья Юсуповы в тяжком труде растеряли орлиную стать и сейчас просто сидели прислонившись спинами друг к другу. Все пятеро поглядывали на меня, ожидая отмашки к пенному.