— Мою никчемность, вы хотите сказать! — слезы все-таки брызнули из глаз брата, и из-за этого он сдавил несчастное покрывало так, что оно затрещало. — Вы сделали все. ВСЕ! Вы даже сделали мне эту штуку…

Он кивнул на коляску.

— Вы, Бьяртмар, а я… ничтожество, которое даже не может начать ходить.

Брат отпустил покрывало и отвернулся, а я кивнула лекарю. Каэтан склонил голову, вышел, и, когда за ним закрылась дверь, я приблизилась к кровати Фабиана. Мой брат выглядел здоровым. Полностью! Ушли из него болезненная бледность, худоба, мышцы ног тоже были сильными, но…

— Мы уже через столько прошли. — Я опустилась в кресло рядом с его кроватью. — Неужели ты готов опустить руки именно сейчас?

— Скорее уж ноги, — фыркнул Фабиан и хлюпнул носом.

Он так на меня и не смотрел, но я и не настаивала.

— Шутишь? Значит, все хорошо.

— С чувством юмора у меня всегда было все хорошо.

— А с чем плохо?

Он повернулся ко мне, закусил губу.

— Ты правда веришь в то, что я пойду, Лив?

— Я — да. Но главное, чтобы в это верил ты. Вот здесь, — я коснулась ладонью его груди. — Каэтан не сдастся, не сдамся и я. А ты?

Брат поднял на меня взгляд. Глаза его все еще сверкали от слез, но уже были полны решимости.

— Тогда и я тоже.

— Ну вот и отлично, — я сжала его руку и улыбнулась.

В глубине души мне сейчас было гораздо страшнее, чем ему, но именно я все это время была его опорой. Опорой, от которой он сумеет оттолкнуться. Рано или поздно. Оттолкнуться и пойти самостоятельно.

— Зови Каэтана! — решительно распорядился Фабиан. И я поднялась.

Мы обязательно разберемся в том, что с ним происходит. Обязательно! И все исправим.

* * *

— Что с вами сегодня, Ливия? — спросил Хьяртан, когда я, вместо того чтобы правильно сплести потоки, перенаправила их вообще не туда, куда нужно, и в результате с моих пальцев сорвалась огненная стрела, подпалившая мне подол платья. К счастью, рядом был Снежный, который платье мгновенно потушил, а я вздохнула.

Сегодня я была на редкость рассеяна, это правда. Несмотря на то, что убедила Фабиана в удаче, сама опять сомневалась, мысли витали где угодно, только не на страницах книг, вот и не смогла толком повторить магическое плетение.

— Простите, — сказала я. — Не могу сосредоточиться, но очень постараюсь. Сейчас.

Еще несколько раз глубоко вдохнула, а Хьяртан неожиданно взял мои руки в свои.

— Ливия, мы никуда не торопимся.

— Нет. Но это не значит, что я должна прогуливать занятия, даже если я на них явилась.

Он рассмеялся:

— Мои преподаватели в университете на вас бы молились.

— Им это не грозит, — отмахнулась я. — Я женщина, а женщинам вход в университеты закрыт.