Это были одни из самых сложных переговоров в моей жизни. Ну не люблю я эти восточные церемонии! Мне бы саблю, да коня, да на линию огня! А тут длиннейшие речи ни о чем. И только для того, чтобы потом за пять минут все решить и продолжать неспешные разговоры, по типу переливания из пустого в порожнее. И для них, собеседников моих, эти «пустые» разговоры несут особый смысл. Который они там ищут и, что самое удивительное, находят, вот и попробуй — не ошибись ни словом, ни позой, ни паузой! Всё проанализируют, даже каким пальцем какой руки ты лоб чесать будешь если что! В общем, пытка! Пытка!!! Но выдержал!
Результат: Мирза Юсуф-хан Аштиани получил поддержку большинства кланов Персии. Учитывая, что за это время Камран-Мирза расправился со всеми Каджарами мужского пола, его единственную дочь Малику в раскладах можно было не учитывать. А тут появляется человек из великого аристократического рода, за спиной которого целое кладбище из его политических противников. Говорят, он чаще всего использовал яд для расправы с теми, кто стоял на его пути к власти. И сейчас имел влияние не только среди аятолл, но и среди дервишей. Которые и стали главным горючим материалом Тегеранской резни! Кроме того, его поддерживали (или боялись) большинство родов и кланов Великой Персии. А его противниками были кланы Кимрана и Арабистана, находящиеся под влиянием англичан. Как говориться, это наш естественный союзник! Именно его отряды обеспечили контроль дороги через горный кряж Эльбурс, через которую объединенные войска коалиции, костяком которой стала та же Персидская казачья бригада подошли к Тегерану. К столице стягивались войска всех союзных кланов и родов, подошли полки Дикой дивизии, и двенадцать пехотных рот с пятью артиллерийскими батареями русской армии. Но штурма города не состоялось. Гвардия Камран-Мирзы мужественно бросилась наутек, а сам неудавшийся падишах, чье правление и трех месяцев не набрало, бежал в сопровождении небольшого отряда личных телохранителей и британского агента, полковника Алена Бернарда.
Судьба узурпатора сложилась весьма незавидно. Он бежал, по традиции, прихватив драгоценности и казну с собою. Неподалеку от Хамадана между падишахом и английским полковником произошла небольшая размолвка. А если говорить проще, позарился сэр на драгоценности Персидской короны. После ожесточенного боя охрана шаха и он сам расстались с жизнями, а на англичанина и двух его телохранителей выскочил казачий разъезд. Потеряв одного казака, терцы повязали полковника, порубив его бодигардов на капусту. Полковник стал на очень плохом русском требовать его отпустить вместе со всеми вещами, ибо он подданный британской короны и никто его вязать права не имеет. Вот только казачки вещи его обыскали и нашли там весьма интересные ювелирные украшения, настолько интересные, что решили, что тут что-то нечисто. А еще через каких-то полчаса поиска наткнулись на разграбленную стоянку падишаха и опознали его бренные останки. Сэр Бернар пыжился. Требовал к себе соответствующего обращения, немедленно отпустить и все такое прочее. На что подъесаул Ефрем Ушинкин заметил, что одет сей господин в персидскую одежку, документов английских при себе не имеет, а посему никакой он не сэр, а разбойник, убивший бывшего шаха. И чтобы не тащить за собой сие бренное тело, прямо там оного типа и повесили.