— Да, но проблесков нет!
— Быстро же ты сдалась для великой целительницы, — хмыкнул я.
— А вот и нет! Я готова с тобой хоть всю ночь сидеть. Просто какой тебе смысл?
— Ну, я смогу сам себя лечить. Я-то всё равно с отравленной Ци, что мне моя собственная энергия-то?
— Ну… я не знаю, может ты и прав, но у тебя же ничего не выходит, — Люнь со вздохом облетела меня. — Ты глянь, ничего не изменилось.
— Я не пойму, почему ты меня отговариваешь, — прищурился я. — Обычно ты всегда поддерживаешь мои начинания, если они связаны с тем, что тебе надо научить меня.
— Но они не лишены обычно смысла.
— Так и это не лишено смысла, просто надо попытаться.
И я пытался так до самой ночи, пока наконец не захотел спать. Но это не значит, что я сдавался! Совсем нет, просто надо было немного отдохнуть. Люнь говорила, что человек с чёрным началом не может лечить, но также никто не думал, что может быть человек без структуры. А он был! Значит, и лечение с чёрным началом возможно, просто его никто не использует.
Поэтому на следующий день я пошёл вновь тренироваться под скучающими взглядами и наставлениями Люнь, которая поняла, что я не успокоюсь, пока не выдохнусь. И на следующий день повторилось то же самое. А потом ещё раз, пока не наступил день выдачи пилюль.
Ознаменовал его звон колоколов, но не одного, а всех, со всех площадок. Честно признаться, я даже не понял, что происходит. Вышел на улицу и увидел, как абсолютно все спешат к центральной площади деревушки, весело переговариваясь.
— Извини, парень, а что происходит?
Тот испуганно глянул на меня и чуть ли не побежал.
Эм… окей…
— Эй, девушка, извините, это куда все идут? — попробовал я во второй раз, но та бросила на меня косой взгляд с подружками и ускорилась.
Да вы гоните, блин. Что за игнор?!
Люнь, висящая рядом, задумчиво окинула всех взглядом.
— Кажется, тебя боятся.
— Почему? — немного не понял я. Вроде в последнее время моя тушка только и делала, что пропадала в лесу.
— Ну… ты же убил тех парней.
— В смысле… а, ну да, потому что они мне хотели примерно того же самого. Типа драки между самыми отмороженными. И?
— Ну, они могут думать, что ты убил их ради того, чтобы занять их место, и ты ещё хуже них.
— В смысле? — возмутился я. — А вариант с нежеланием быть избитым или убитым теперь совсем не рассматривается?
— Ну… может они посчитали твоё поступок более жестоким?..
— То есть то, что меня хотели искалечить вдесятером, чтобы мою тушку выгнали из секты, как неуспевающего — это не жестоко? И лишить шанса ве… всего, для них это было нормально? Или они думали, что я один против десятерых выйду?