Это длилось минут пять, прежде чем Лисица не плюнула на это дело.
— Избавься от неё, Юнксу. Не закончится это добром для тебя.
— Не слушай эту глупую девчонку! Это всё ложь и провокация! Я бы никогда тебе не соврала!
— Но ты уже соврала, — заметил я.
— И я каюсь! Мне-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И!!!
Лисица всё же подловила Люнь, попав по ней оберегом. Тот вспыхнул, словно порох, едва коснувшись её призрачного тела, и Люнь просто вывалилась из стены, начав корчиться от боли, словно в неё кипятком плеснули. Но даже так она оставалась призраком, через которого проходили руки и вещи.
Она жалобно корчилась на полу, пока Лисица рисовала новый оберег.
— Пожалуйста, Юнксу… Прости меня, прости, что соврала. Но ты же мне веришь, да? Мы столько прошли! И я разрешила показать себя, чтобы научить её исцелять, разве я стала бы рисковать?
Я бы хотел сказать Люнь, что говорить «я соврала», а потом говорить «ты же мне веришь?» хреновая тактика для убеждения. Это как убить человека на глазах полиции и сказать, что это не ты и вообще ты так больше не будешь.
— Не слушай. Их речи всегда убедительны, — произнесла Лисица, готовя второй залп.
— Посмотри на меня, Юнксу, пожалуйста, посмотри мне в глаза. Это я, Люнь. Да, проклятая за свои злодеяния, но всё же тоже живая…
— Не теперь, — отчеканила Лисица и бросила в неё другой оберег.
Эффект был схожим. Люнь трясло, но она не исчезала и связь не рушила.
— Юнксу! Опомнись! А как же доказательства вины?! Я уже заплатила за всё, но за что сейчас?! Я стольким помогла! Я стольких исцелила, я провела столько лет, давая людям надежду, за что мне отстроили храмы, а не стёрли все воспоминания обо мне!
— Ничего, я исправлю это, — холодно произнесла Лисица, уже готовая испробовать третий оберег.
Но едва она замахнулась, как я поймал её руку. Для меня это труда не составило, так как сил у неё после отравления было немного.
Зато я получил порцию такого взгляда, что хотелось отпустить её руку и сказать: «Я случайно, извини». И всё же Люнь была права отчасти — за просто так храм не строят. Как была права и Лисица — это всё мог быть лишь спектакль для того, чтобы ввести меня в заблуждение, а по-настоящему она мной управляла.
Но было одно «но» — приступы начались до самой Люнь. И всё это время она отдёргивала меня. Да, может из-за своих корыстных целей, но это всё были догадки, а реальность была такова, что против мне возразить пока было нечего.
— Она права, нет ничего против неё.
— Я же говорила, я же…
— Заткнись Люнь, выйди из комнаты, чтобы твоих ушей здесь не было, иначе я поступлю как предложила мой мастер.