— Нравится, — вразнобой отвечают все.

— Наташ, а тебе нравится? — спрашиваю я.

Она не отвечает и лишь кивает, ошеломлённая догадкой. Не дурочка, сообразила ведь уже.

— Ну и хорошо, — улыбаюсь я. — Потому что это и есть мой подарок. Дом не огромный, но нам с тобой хватит, я думаю. Если пустишь, конечно.

— Ничего себе не огромный! — возмущается Гена. — Целых сто двадцать квадратов. Мы все в нём жить сможем!

Думаю, родных разрывает на части от любопытства, но при Белле они держатся. Хотя, стоит ей уйти за горизонт, начнут терзать вопросами.

— Нам разрешили построить здесь несколько домов, по утверждённому проекту. — поясняет Белла. — И один из участков горисполком решил выделить Егору. Вернее, Наталье.

Ну а как не решить, если в нелегальном аукционе я оказался победителем? В соседях у нас будут местный цеховик, начальник ОБХСС, рыночный торговец, жена сына председателя горисполкома и ещё парочка уважаемых и достойных людей. Один дом принадлежит Белле. Не напрямую ей, а подставному лицу.

Идея была моей. Никто сначала не решался, да и расходов было много на все разрешения и согласования. Зато результаты превзошли ожидания в финансовом плане. Массовыми конечно, подобные проекты не сделать, но в качестве инвестиций, причём гораздо лучших, чем пачки денег, засунутые за батареи, использовать можно.

На этом сюрпризы заканчиваются. На сегодня. Завтра у нас ещё два осмотра недвижимости, приобретённые для родителей и для Гены. А ещё завтра нужно познакомить Гену с начальником ОБХСС. И папу тоже кое с кем. Это на предмет работы, а вот для мамы пока вакансии не нашлось. Подходящих проектных организаций здесь просто нет, прямо скажем. Ладно, это всё завтра.

Мы заходим в номер. Родители расходятся, кто куда, а мы уединяемся, так сказать, в спальне. Никто из них не комментирует наше с Наташкой совместное проживание, хотя маме, кажется, есть что сказать. Но она стоически молчит. Ну, извините, восемнадцать лет человеку, совершеннолетие, как-никак.

— Ты что, — прищуривается Наташка, присаживаясь на край кровати. — Правда сюда переехать хочешь?

— Нет, — качаю я головой. — Может когда-нибудь потом, на пенсии. Будем с тобой сидеть на балконе и любоваться видом. Будем есть свою черешню и персики. По-моему неплохой план. Тебе что, не понравился мой подарок?

— Очень понравился, — кивает она. — Такой… не знаю… грандиозный. Я как будто будущее даже увидела.

— Ну, а что же ты тогда щуришься?

— Просвечиваю тебя насквозь, — смеётся она и начинает расстёгивать пуговицы на комбинезоне.

— Ничего себе, — поднимаю я брови.