Охренеть…

— Ладно, это, как я понимаю, нескоро ещё, да? А с деньгами-то что? — продолжаю я его донимать.

— В смысле?

— Ну… в прямом… Он получит деньги, я товар, а дальше что? Вы кого, вообще-то поймать пытаетесь?

— Это тебя не касается.

— Ну, зашибись. То есть вы меня в тёмную что ли использовать хотите? А если кто-то выходить на меня будет?

— Кто? — чуть высокомерно спрашивает он.

— Да хрен знает… Ещё кто-нибудь. Ювелиры подпольные или похитители бриллиантов. Вы нарыли что-нибудь, на тех, кто эту лилию украл?

— Если будут выходить, скажешь мне, — пожимает он плечами. — А про лилию смотри, чтоб никому ни одного слова, понял? Работаем по ней.

— А деньги откуда? — не унимаюсь я.

— Что значит откуда? — начинает злиться он. — Государственные.

— Ну а как вы их вернёте? Я отдам бабки Назарову и что дальше? Получается, что государство покупает ворованную брошь у преступников? Или как?

— Слушай, ты посвящён только в свою часть операции, — всё больше раздражается Кухарчук. — Но там есть и другая, скрытая часть. И тебя она не касается. Или ты думаешь, что умнее комитета?

— Я? — усмехаюсь я. — Нет, конечно.

— Ну, и всё тогда, — удовлетворённо кивает он. — Смотри, не вздумай с кем бы то ни было обсуждать эти вопросы. Ясно? Ни со Злобиным, ни с женой, ни с ментами… вообще ни с кем, хоть бы даже с председателем КГБ! Ты меня понял? Понял, я тебя спрашиваю?

— Да понял-понял. Могила, вообще ни с кем.

— То-то же! Смотри, Брагин, на тебя страна надежду возлагает. Она тебя вырастила, выучила, дала тебе всё, что ты имеешь. Отчизна твоя. Вот и поработай для неё. Тем более, что ты за это много всего хорошего получишь, ясно?

Да вот, как раз, неясно как-то…

Я приезжаю домой, но всё ещё прокручиваю в голове этот очень странный разговор. Наташка встречает меня в шортах, моей рубашке с закатанными рукавами и шлёпанцах. Волосы подвязаны ленточкой.

— Привет! — виснет она у меня на шее. — А у меня ужин готов.

— Да ты что! — целую её я. — Пахнет восхитительно. А что у тебя?

— Запечённая курица с картошкой, — улыбается она и пожимает плечами.

— Правда? Как здорово! А ты не будешь возражать, если к нам Злобин забежит на стаканчик вина?

— Нет, конечно, только что же ты меня не предупредил? — разводит она руками. — Я хотя бы подготовилась…

Её прерывает звонок в дверь.

— Блин, Егор! Ну я же на чучело похожа!

— Наташ, прекрати! Это не званый ужин, и ты выглядишь потрясающе, поверь! Кто там⁈

— Леонид!

Нужно, чтобы с поста звонили, докладывали о гостях, а так дело не пойдёт, конечно. Но ничего, мы это организуем.

Я открываю дверь.