— Ну, что же. Сейчас тебе надо отдыхать. Завтра, если хочешь, всё отменим и перенесём на более благоприятное время, когда здоровье подправишь. Можем тебя в Хосте пролечить.

— Там же опорно-двигательная у вас вроде, — улыбаюсь я.

— Там у нас всё. Целебный климат, целебный воздух, даже мысли и те целебные.

— Вы там Леонида Ильича на ноги ставили?

— Конечно, а ты откуда знаешь? — хмурится он.

— Исторический факт, как не знать. Да и Совинформбюро сообщало.

— Ну-ну, шутишь, значит жить будешь, — удовлетворённо замечает он.

— Конечно буду, — улыбаюсь я. — А отменять ничего не нужно, завтра всю программу пройдём. Вы же её утвердили уже, время потратили, подготовительную работу провели. Люди всё запланировали. Так что никаких изменений не надо. Мы никого подводить не будем. Никакие хулиганы нам повестку не изменят. Как говорится,веди, Будённый нас смелее в бой !

— Ну, что же, — кивает Медунов. — Рад слышать такие слова. Хорошо. Если никаких пожеланий нет, тогда будем прощаться до завтра.

— Есть вообще-то. Просьба, Сергей Фёдорович.

— Давай, — чуть хмурится он, упомянув пожелания скорее для красного словца.

— Хотелось бы с этим дебоширом потолковать. Он ведь хорошо подготовленный парень. Возможно в десанте служил или ещё где. Его бы спортом увлечь, на путь истинный наставить. Может быть в нашем патриотическом движении он как раз смог бы реализоваться, как личность. Не как хулиган, пьяница и дебошир, а как человек, полезный обществу. Согласны?

— Хм, — хитро прищуривается он. — Конечно, согласен. Но тут, ты уж пойми правильно, всё в руках милиции. У нас в крае всё идёт по закону, и приказывать органам я не в силах. А вот спросить могу, конечно. Если разрешат, если закону это не противоречит, то мы тебе такую возможность предоставим.

Ну, и ладненько, ну, и спасибо, дорогой товарищ командир.

В гостиницу я приезжаю уже почти ночью. Рука замотана. Гадство. Теперь в приличном обществе и не раздеться, будут думать, что вены себе вскрывал, шрам-то останется. Убивец матёрый был. Кто же его послал?

— Лимончик? — спрашивает Скачков.

— Вероятно, — пожимаю я плечами. — Кто же ещё… Хотя стопроцентной уверенности нет, Виталий Тимурович. Вы Саню видели?

— Ага, видел. Бровь рассёк, в сушилку для рук, говорит врубился.

— Точно, так и есть. Его подштопали тоже. Я его в номер отправил. Они с Семёном за стенкой у меня.

— Да, знаю я. Лучше скажи, что делать будем?

— Продолжать создавать армию. Здесь в крае нам нужен мощный кулак, даже три. На совещании не забудьте, что нам надо жилищный вопрос поднять. Детские сады, опять же, школы. Мы же хотим, чтобы наши бойцы были социально защищёнными и обеспеченными? Конечно хотим. Если быт налажен, то и служба идёт как надо.