Он сжимает зубы.

— Ладно, — киваю я, — меня товарищи ждут. Как надумаете, дайте знать. Заметьте, я же к вам со всем уважением. Готов пойти на сделку. И от вас жду конструктивного и взвешенного подхода, а свои нелепые и пошлые угрозы оставьте для кого-нибудь другого.

Я выхожу из отеля под ободряющие, но сердитые восклицания товарищей. Да, небольшой сбой программы. Но что тут поделать, Кухарчуки никогда не просят включить их в план, выскакивают сами, как кое-кто из табакерки.

Впрочем, это небольшое отставание мы с лёгкостью навёрстываем и быстро входим в график. Проводим все необходимые встречи, совещания и банкеты. Договариваемся о формировании своих факельных войск и о контрабанде кассетных магнитофонов, о отгрузке разборных металлоконструкций и сульфата аммония с мочевиной через Вентспилс, о выделении тренировочных баз и поставках нескольких одноруких бандитов. Думаю, они окупятся за несколько дней. Мы крутые и у нас всё схвачено.

Ужин проходит скромно и без излишеств. Правда, с выступлением фольклорного коллектива. Как известно,настоящий мужчина в своей жизни должен испробовать всё, кроме инцеста и народных танцев . Слова эти я вычитал когда-то в журнале «Есквайр».

Не могу сказать, что имею доверие к его издателям, но, на всякий случай во время представления выхожу в фойе, чтобы перекинуться парой слов со Злобиным вдали от топота каблуков. Алик и Лёша выходят вместе со мной.

— Как там, выровнялось напряжение? — спрашивает он, намекая на вчерашний инцидент.

— Более-менее, — киваю я. — Более-менее.

Я рассказываю ему подробности утренних переговоров с Поварёнком. Он внимательно слушает, а в конце замечает, что его не надо было вычёркивать из списка пожеланий. По крайней мере, какое-то время можно было бы не ожидать подвоха. Пожалуй, он прав.

— Как приедем, нужно будет заняться им вплотную, — предлагаю я. — Не знаю, есть ли у него в действительности материалы, о которых он говорил, но, если они реально существуют, их нужно было бы изъять и уничтожить.

— Угу, — соглашается Де Ниро. — С гарантиями ты неплохо придумал. Пока он ломает голову, немного потянем время. Интересно, почему он так нежно привязан к этой броши?

— Возможно… Не знаю… Возможно, он хочет свалить… Хм… Может, правда?

— За бугор что ли? — прищуривает один глаз Злобин.

— Да.

— А что… мысль вполне себе неплохая, — качает он головой. — На эту брошь он может всю жизнь прожить.

Ага, если умело распорядится деньгами.

— А мы можем найти того ювелира, которого он использовал на встрече с Лимончиком?

— Хм… — погружается в размышления Злобин. — Попробовать можно. Да, можно поработать в этом направлении… Мне нравится ход твоих мыслей.