Я усмехаюсь. Ну, молодец, хорошо, если сам не обгадился.

— Но разговор не об этом, — продолжает он. — Разговор об одной очень дорогой и красивой штуке. Но сначала скажи, это ты Назара порешил?

Твою дивизию! Вот уж действительно, что знают двое, то знает свинья. Ещё один охотник за бриллиантами…

— Нет, — спокойно отвечаю я. — Не я. И кто сказал, что его порешили?

Не я. Могу хоть на полиграфе подтвердить. Сам он соскользнул, сам. Тем более, что порешить меня хотел как раз он. Я его, конечно, тоже, но какая разница, кто чего хотел. Важно, кто что сделал.

— А кто, если не ты? Кухарь?

— Кухарь? — удивлённо переспрашиваю я.

Вот же бляха-муха, неплохая осведомлённость…

— Ты жопой-то не крути, — усмехается Дато. — Шутки закончились. С зажигалкой хохма была, а теперь разговор серьёзный пошёл.

— Окей. Серьёзный значит серьёзный.

— Так вот, Назар взял у меня лилию и пошёл продавать твоему Кухарю. Ушёл и не вернулся. Где Лилия? Где Назар? Где лавэ? Ты был посредником. Что пошло не так? Рассказывай.

ЁПРСТ! Вот так бери и рассказывай?

— Мы слишком недолго знакомы, — пожимаю я плечами, — чтобы обсуждать такие интимные моменты. Вам так не кажется?

Он отворачивается и какое-то время смотрит прямо перед собой.

— Послушай сюда, фокусник, — наконец произносить он и снова поворачивает ко мне голову.

Выглядит он очень и очень серьёзно. Будто от него зависит судьба страны и всего мира. Не от меня, а от него. Даже забавно…

— Ты, конечно, пацанчик резкий и деловой, — хриплым голосом, будто через силу произносит он, — да только если я захочу, жизнь твоя закончится. Быстро закончится и мучительно.

— Ой, Давид Георгиевич, — качаю я головой. — Как-то незаметно вы от шуток к угрозам перешли.

— Давай так, сынок. Ты не будешь нести пургу, а скажешь, всё что знаешь. А дальше посмотрим, что нам делать, исходя из твоего рассказа.

— А мне рассказать-то особо и нечего, — пожимаю я плечами. — По идее, я и это не должен вам сообщать. Кто вы мне, чтобы я что-то рассказывал? Вы, конечно, человек авторитетный, хоть и шутник, но не авторитетней тех, кто меня крышует. При всём уважении. Но так и быть, поскольку, за вас Ферик просил, но, главным образом, потому что я не при делах, скажу, что знаю. Назар попросил свести с Кухарем. Показал мне цацку. Я договорился с Кухарем, тот назначил встречу. Все пришли, чекист выложил бабки, Назар брошку показать не успел, влетели не то менты, не то чекисты. Я встал на лыжи и всё, дал дёру. А что с этими стало не знаю.

— Ой… — вздыхает вор. — Темнишь ты, Бро. Пургу гонишь. Не верю я тебе.