— Кто там? — спрашиваю я.

Сначала повисает пауза, а потом женский голос отзывается:

— Марина.

— Я так и думала, — кивает Наташка. — Это соседка. Марина, мы с ней подружились. Ходим в гости друг к другу.

Да? Прямо подружились? Ну, ладно, это хорошо, в принципе… Наверное…

Я открываю дверь. Сначала чуть-чуть, а потом, убедившись, что с этой Мариной никого нет, распахиваю полностью.

— Ой, здрасте, — смущённо улыбается она. — Я ваша соседка с пятого этажа. А вы только приехали, да? Ещё, наверное и отдохнуть не успели?

— Здравствуйте, — киваю я. — Прошу прощения за домашнюю одежду. Я не знал, что у нас сегодня гости.

— Да что вы, — машет руками Марина. — Ничего страшного. Я вообще, на минутку. Просто хотела Наташу проведать. Я думала вы завтра прилетаете. Я Марина.

— А я Егор. Очень приятно.

— И мне очень приятно, — улыбается она. — Я знаю, что вы Егор.

— Вы композитор? — уточняю я.

— Я? — удивляется она. — Нет, я так не думаю.

— А другие люди? — усмехаюсь я. — Как думают они?

— Другие люди думают, что я бухгалтер с «Большевички», снявший квартиру в Доме композиторов.

— Ах, вот оно в чём дело, — киваю я. — Да вы проходите-проходите, пожалуйста.

— Пойдёмте на кухню, а? — предлагает Наташка. — Там и еда, и выпить за встречу тоже можно. Егор ром привёз.

— Колоссаль! — оценивает эту новость соседка. — Как там говорят, венсеремос что ли?

— Вроде в Чили так говорят, — улыбается моя невеста.

Мы идём на кухню и, отказывающаяся поначалу Марина, рубает Наташкины голубцы так, что за ушами трещит.

На вид ей между двадцатью пятью и тридцатью годами. Волосы до плеч, тёмно-русые, скорее даже пепельные. Она стройная и спортивная. Глядит прямо, немного дерзко. Обручального кольца нет. Симпатичная, но не красивая.

— Егор, расскажите про Кубу, пожалуйста, — берёт меня в оборот гостья. — Там ведь круглый год тепло?

Я, усмехаюсь:

— Ну, да. Довольно тепло. Хотите туда съездить?

— Я бы с удовольствием, — усмехается она, да не берут пока. А как там живут наши русские? Там ведь много нашего брата?

— Много, да… — пожимаю я плечами. — Там идёт стройка, открываются предприятия и всё такое. Вот наши специалисты и оказывают помощь. Кто чем может. Ну и, опять же, борьба с врагами революции. У них прямо на острове есть американская база, между прочим. Так что, как вы и сказали, венсеремос.

— Понятно. А женщины?

— И женщины есть, — говорю я. — Туда же многие люди семьями едут.

— Нет, — смеётся Марина. — Женщины есть, это понятно. Я хотела спросить, кубинские девушки, говорят, настоящие красавицы, да?

— Пламенные борцы за свободу и независимость, — отвечаю я. — Но мне больше нравятся советские красавицы,