Когда мы выходим из ресторана, я замечаю вчерашних парней из бара, питерских, с разговорчиком. Завидев меня, они встают с кресел и идут в нашу сторону.

— Здравствуйте, киваю я.

Со мной четверо гвардейцев, поэтому дискомфорта я не чувствую. Я типа от бабушки ушёл и от дедушки ушёл, а от вас зайки, и подавно уйду.

— Есть минута? — спрашивает один из них.

Вчера я их особо и не рассмотрел. Оба крепкие парни, но не как качки, а, скорее, как боксёры. Их уши и носы не единожды бывали в передрягах. У них короткие спортивные стрижки, на ногах кроссовки. Одеты они в джинсы и короткие кожаные куртки. Спорт, напористость, тестостерон. Один брюнет, другой рыжий.

— Вы братья?

Они не реагируют.

— Ну, давайте присядем что ли… — предлагаю я, — Кофе, можем выпить. Наташ, хочешь кофейку?

— Можно, — невесело отвечает она.

Интересно, сколько ещё дуться будет? Мы заходим в бар. Рассаживаемся за два соседних столика. Я с питерцами сажусь за один, Наташка с гвардейцами — за соседний.

— Разговор конфиденциальный? — спрашиваю я.

— Ну как, — переглядываются они. — Не так чтобы сильно, но трепать, в любом случае, не следует.

Смотри-ка не быкуют, говорят нормально.

— Джемо мне так ничего и не сказал о вас, — киваю я, делая глоточек кофе.

— Да, пофиг, — пожимает плечами брюнет. — Не звонил, позвонит ещё. Вообще не играет роли, даже если и не объявится. Мы здесь по делам, но тебе привет, можно сказать, привезли.

На блатных они не похожи. Вернее, и похожи, и не похожи. Скорее на братков из девяностых. В любом случае, «силовой блок». Но не урки.

Рыжий бросает взгляд на Наташку. Она тоже на него смотрит. И на него, и на брюнета. Смотрит пристально и внимательно.

— Ничё, девчонка у тебя, — констатирует рыжий. — Резкая. Я видел, как она загасила вчера там…

Я хмурюсь и он, ухмыльнувшись, обрывает фразу.

— Ладно…

— Вы хоть бы представились, — киваю я. — А то меня знаете, а я вас нет.

— Я Денис Старовойтов, — улыбается рыжий, а это Пахан Коскинен. Короче мы тебе привет привезли от Ильи Векштейна. Слыхал про такого?

Слыхал, как не слыхать. Да и их имена знакомо звучат… Илья Векштейн — это же знаменитый воротила из Ленинграда. Он не из уголовного мира, он из мира бизнеса, основанного на выгодном использовании служебного положения. Энергичный, дерзкий, как моя геленджикская подружка Белла. Только моложе и, насколько я помню, без подстраховки со стороны Романова и вообще партийных властей. Но это я уточню.

— Да, я про него знаю, — киваю я. — Что же, привет вещь хорошая, особенно если он дружеский. Так что, в свою очередь, тоже передаю. Будет в Москве, пусть заглядывает. Где найти меня знаете, наверное. Если что, Джемал подскажет.