Только лишь врожденное любопытство заставило меня сохранить спокойствие, выдохнуть и вспомнить, чему учил сэнсэй.

«Важна не ситуация как таковая, а твоя реакция на нее», — не раз говорил он.

Что ж, взять свою реакцию под контроль оказалось мне по силам. Не зря все-таки тренировался.

Еще раз выдохнул собираясь с мыслями. Прислушался.

Не охранять меня не могли. Если не следят по камерам, значит, слушают снаружи. Дверь на глаза попалась только одна, и была она ровно передо мной на расстоянии нескольких метров.

Ничего. Ни шороха, ни голосов, ни топота. Зато уловил какие-то вибрации. Очень странные, похожие на землетрясение, только как будто далекое или очень слабое.

Закрыл глаза, попытался обострить все чувства как сегодня утром на тренировке.

Вибрации стали отчетливее, даже как будто появился какой-то шум.

«Вот это я мастер!» — с радостью подумал, что расту на глазах, но потом дошло.

Это не я мастер, это вибрации действительно усилились. Еще пара секунд и понял, что к зданию приближался вертолет.

И что же за шишка прилетела? Вариантов не было никаких.

Сбегать или оставаться, еще не решил, но в любом случае времени было катастрофически мало. Занять выгодную позицию можно только освободившись. Прятаться от «фрилансера» больше не входило в число приоритетов, все-таки ситуация принимала слишком лихой оборот. Руки сковывали перекинутые сквозь металлические прутья стула наручники. Несколько неуклюжих попыток согнуть прут или как-то выбить их из конструкции ни к чему не привели. Как подсказывала мне интуиция, тот стул повидал немало пленников, и я, скорее всего, не буду последним, если не разберусь, кто за этим стоит.

Перспектива опять начать применять способности после стольких сил, положенных на то, чтобы выйти на нейтральный путь и отделаться от темной стороны, не выглядела привлекательной ни с одного ракурса. Не радовало, что меня могут найти и покарать «костюмы», но и не было никакого желания превращаться в монстра, способного сжечь лицо и мозги человеку, который уже и так проиграл. Но других вариантов не неблюдалось.

Включен боевой режим .

Я дернулся со всей силы еще раз, но металлический стул проигнорировал и эту попытку.

— Ла-а-адно, — прорычал и, собравшись с духом, дернул только одну руку, прижимая большой палец.

Боль пронзила руку и растеклась во все стороны: до кончиков пальцев и в локоть. Больше всего, естественно, вопил вывихнутый большой палец. Благо боевой режим притуплял чувствительность, поэтому я спокойно протянул свободный с одной стороны наручник сквозь прутья и освободился целиком. Тут же вправил палец назад.