— Проведал? Давай до свидания.
Он усмехнулся, еще раз просканировал меня взглядом.
— Понимаешь же, волнуюсь… Город не такой большой, слухи ходят разные. Говорят, что вокруг тебя вьются сомнительные типы.
Я уловил выпад в свою сторону, но Ника от злости, кажется, даже не поняла, о чем он.
— Конечно! — взъерепенилась она. — Из-за тебя эти мутные типы и вьются возле моего заведения! Ты хоть понимаешь, как меня это достало?
— Да не кипятись. Я же присматриваю. Тебе ничего не грозит, — на последней фразе он выразительно посмотрел на меня, намекая, что это предупреждение.
Каким бы мудаком он ни был, о Нике он действительно беспокоился и, вероятно, считал, что если кто-то и может втягивать ее в сомнительные дела, то только он сам.
— Отлично! — рявкнула она. — Теперь уматывай.
— Опять меня гонишь? — вздохнул он. — Помнишь, как мы вдвоем тут заведовали? — Ностальгически провел пальцами по столешнице. — Хорошее же было время.
— Ага, отозвалась она. А помнишь, ты учил меня ставить удар и пользоваться электрошокером?
Он рассмеялся и, уже направившись к выходу, произнес:
— Всегда любим твое чувство юмора…
Глава 9
— Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Я сказал, выдох, Артем. Ты что там в кому впал?
Голос тренера был мягким, но при этом железобетонным. Как ему это удавалось — сплошная загадка. Его слушались все — от мала до велика. И я тоже слушался, но не всегда вовремя догонял, что именно нужно сделать. Я не очень умный, но порой очень старательный.
— Да выдыхаю я, и вдыхаю. Что не так?
— Ты не держишь ритм! Выбиваешься из общего потока. Я же вижу.
А я ни фига не видел! Я стоял с закрытыми глазами в комнате с кучей других мужиков в пижамах и пытался дышать в такт. Мне даже было начало казаться, что зря я все это затеял, если бы минутами ранее какой-то мелкий сморчок в полтора раза ниже меня не показал класс в этом самом зале с матами.
— Вдох. Выдох. Вдох. Выдох… — продолжил тренер. — Это упражнение, в котором никто не должен выделяться, вы должны слиться, стать единым организмом. А ты, Артем, пыхтишь как паровоз, с закрытыми глазами можно запустить в тебя чем-нибудь и обязательно попасть.
«Дышите. Не дышите. Не дышите. Выносите…» — вспомнился мне дурацкий бородатый анекдот.
Но фишка была в том, что меня в какой-то момент обязательно вынесут, если не научусь действовать хитрее.
— Ладно. На сегодня свободны. А вас, Штирлиц, попрошу остаться, — тренер недвусмысленно на меня посмотрел.
Когда ученики начали рассасываться, я обернулся на входную дверь, чтобы убедиться, что могу говорить откровенно. И только собирался раскрыть рот, тренер опередил.