Да… Чего-то о Юрке я явно не знал и пообещал себе во всем разобраться. И не успев задать ни одного из назревших вопросов, припал к окну. Ника последовала моему примеру.
До боли знакомый рев моторов прорезал тишину, которой был окутан закрытый на ремонт паб на окраине города.
Глава 5
Я прислушался, пытаясь угадать марки ревевших на улице мотоциклов. Не потому, что такой уж знаток, просто попасть пальцем в небо (или точнее, хоть в один мот), когда на тебя движется такая свора, совсем несложно.
И один, действительно, угадал. «Харлеи» вообще несложно распознать по звуку. Девушка на «Дайне» возглавляла стайку, запарковавшись перед пабом. Несложно было догадаться, что она лидер: по моту, по позе, по уверенному выражению лица и сверлящим все вокруг глазам.
— Знаешь их? — кивнул в сторону девушек, которые уже спешивались и снимали одна за другой шлемы.
— О да-а, — отозвалась Ника. — Но лучше бы не знала. Хотя…
Она не договорила и сорвалась с места. Я последовал за ней.
Во дворе на парковке нас ждало шесть прекрасных наездниц. Не то чтобы я успел их всех разглядеть, но дамы на мотоциклах по умолчанию прекрасны, даже если не в полной мере соответствуют эстетическим и романтическим предпочтениям.
— Привет, Чупа! — раскинув руки в стороны, поздоровалась Ника.
— Привет, продажная! — Длинноногая харлеистка прижала предплечьем шлем и с холодом осмотрела меня, затем обратилась к Нике: — Что за хрен?
— Где твои манеры, Чупа?
— Где твой бывший?
— Что, сразу к делу? — Ника сцепила руки на груди и тоже приняла уверенную позу, давая понять, что на провокации она не поведется и оправдываться не станет.
— Где он?
— Мне-то почем знать? — отмахнулась она.
Это девчачье противостояние на парковке перед баром на отшибе города выглядело слегка киношным. Если бы одна из них сказала «Эта парковка слишком мала для нас обеих» я бы заржал в голос. Но девушки выглядели весьма серьезными.
Субтильная Чупа, ростом чуть ли не выше меня, являлась обладательницей выдающейся внешности, но не из-за божественной красоты, а скорее потому, что могла бы стать моделью, если бы захотела. Высокий рост и лицо без косметики, похожее на холст, наверняка вдохновляли бы визажистов и модельеров. Густые светло-русые стриженные по плечи волосы плотной гривой спадали на плечи. Она небрежно поправила их, перехватив шлем другой рукой, и надменно уставилась на Нику.
— Отвечать будешь? Или мне натравить рыбок?
На мой вопрошающий взгляд Ника ответила коротко и ясно:
— «Пираньи» — шайка оборванок, по которым плачет тюрьма.
— Зато мы не тремся с продажными говнюками.