С тоской думаю о предстоящих школьных годах. Это же чокнуться можно — всё это переживать снова. Я и в садике то едва на стены не лезу от скуки. А вновь учить всякую хрень в школе? Вундеркинда изображать 10+ лет?
Начнёшь «вундеркиндом», закончишь дуркой от постоянной необходимости притворяться в куче дел..
Ещё одна причина резко менять ход событий!
На праздники мы снова поедем к бабуле и дедуле. Тогда и будет вам, тащ Коноплёв, второе письмецо.
* * *
Один из дней после ноябрьских праздников 1978. Кабинет главного редактора «Звезды».
— ..Борис Всеволодович был краток — выведи его на чистую воду. Аноним там такого понаписал! На встречу набивается. Прочтёте и сами решайте, как именно. Не афишируйте, пожалуйста, среди своих, товарищ Коноплёв снова напомнил. А то знаете, народ у нас до слухов всяких падок. Ваши же и раззвонят. Ладно, поехал я..
Заскочивший на минуту к главреду Пичугину Окулов отдал второе письмо, пришедшее по тому же адресу. Попрощавшись с ним, Николай Фёдорович стал доставать из уже распечатанного конверта второе письмо от «анонима из 21 века».
Дело приобретало анекдотичный оборот и, судя по тону помощника Коноплёва, завёзшего письмо, первый секретарь счёл возможным лично ознакомиться с содержанием анонимки.
Нюхом опытного журналиста Пичугин уже чуял что-то нестандартное. Первый секретарь был прав? Тема для отличного фельетона? Сейчас почитаем..
* * *
Второе письмо, в отличие от первого, было более содержательным. Если в том, кроме утверждения о «прибытии из будущего», просьбы о встрече с доверенным человеком и громкого безумного заявления про какую-то грядущую всеобщую катастрофу в СССР — главный редактор так и не смог придумать ничего реалистичного, кроме ядерной войны, здесь, в новом послании было кое-что..
Повторив тезисы о понимании естественного недоверия, аноним слегка расшифровал своё «знание будущего». Якобы неведомая сила забросила его из будущего, в собственное молодое тело, с «сохранившимся опытом прожитых десятилетий».
В голове мелькнула мысль о том, что первый секретарь просто не хотел связываться с подобным анонимом. Возможно, действительно, сия анонимка — не дело не только товарищей из комитета, но и.. может даже и не специалистов одного медицинского профиля.. и тут, действительно в пору впрягаться работнику пера?
Пичугин перевернул первый лист — такая же отснятая фотография с рукописного текста и взял второй.
Вспомнив, он сравнил штемпели отделений связи отправителя на втором и первом письмах. Оба — из Перми..
Кто же у нас такой тут в центре «знающий будущее» завёлся?