Она не восстанавливала мое разрушенное ядро. Она заменяла его собой, создавая новую систему распределения и хранения маны, с золотым узором на груди в качестве… центра управления? Коммутатора?

Облегчение от прекращения распада сменилось жутковатым чувством потери контроля над своим Я, пересобирающимся по чужой поле буквально на лету.

Нити с ледяной маной Хроники внутри ползли вверх по шее, к голове. Я чувствовал их холодное, неумолимое прикосновение к шейным позвонкам, их плавное, неостановимое проникновение в основание черепа. Они оплетали позвоночник, подбирались к мозгу, вплетаясь в его структуру.

И когда последняя из нитей заняла свое место, я отчетливо ощутил момент прорыва.

Пролог Хроники.

Победа? Но где триумф? Где ощущение власти? Было лишь… деревянное оцепенение. Как после долгих часов в неудобной позе, когда конечности онемели, а тело отказывается слушаться, скованное невидимыми тисками.

Я попытался сжать правую руку в кулак. Мышцы сократились, и куда быстрее, чем раньше, но произошло это словно через сопротивление чего-то внутри моего тела.

Хотя, как «чего-то». не нужно было долго думать, чтобы понять, что виноваты те самые нити, что породила золотая татуировка.

Суставы скрипели — не больно, а противно, как несмазанные механизмы. Кровь пульсировала в венах и артериях, ощущаясь тяжелой, вязкой волной, несущей в себе золотые искры.

Дискомфорт был во всем, что бы я ни делал, даже движения глаз казались какими-то странными. Но при этом дискомфорт никак не препятствовал телу с каждой секундой наполняться все большей и большей силой.

Мой взгляд нашел ледяного Хронику. Он только поднимался в полный рост с колена, на которое опустился, чтобы было проще удерживать защитный экран меньшей площади. Тот процесс, что, как мне показалось, продлился целую вечность, в реальности занял лишь несколько секунд.

— Выдохся, выродок⁈ — радостный хрип вырвался из-под его шлема.

Он сделал выпад. Стремительнее всего, что было раньше, наполненный гневом и болью от перенесенного унижения.

Я попытался отлететь в сторону на «Прогулке», но сапоги будто бы умерли, отказываясь принимать мою ману. Попытался блокировать удар вихрем ветра «Энго», но сабля в руках внезапно из как будто бы даже отчасти живого и мыслящего существа превратилась в обычный кусок металла.

Ледяной осколок был уже в считанных сантиметрах от моей шеи. Я видел каждую трещину на его поверхности, каждый блик на заостренном краю.

И только тогда я вспомнил, что у меня есть еще и артефактные татуировки.

Волна маны Хроники влилась в татуировки «Прилара», «Радагара» и «Энго». Вот только вместо ожидаемой и уже давно привычной реакции я вдруг ощутил несравнимо более мощный отклик.