Кожа расступилась. Кровь — темная в призрачном свете — выступила каплями. Еще сантиметр. Боль усиливалась, но я продолжал углублять разрез. И там, в глубине разреза, среди мышечных волокон и жира, тускло светилось что-то белое. Что-то инородное.

Я расширил разрез пальцами, началь ощупывать, скрипя зубами от боли. Да. Жгут. Толщиной с тонкий шнурок. Текстура — плотная, упругая, как пищевой силикон или резиновая покрышка от велосипеда. И светился он изнутри тем же белым светом, что и артефактные татуировки.

Физическая нить энергии. Вплетенная в плоть. Я аккуратно сдвинул ткани — жгут шел вглубь, к кости, а оттуда, я знал, тянулся к позвоночнику, к золотой сети на груди. Золотая татуировка и эти белые нити внутри — каркас новой моей сущности.

И они работали. Я закрыл глаза, сосредоточившись не на боли, а на ощущениях внутри. На едва уловимом, постоянном… просачивании. Из белых линий, медленно, капля за каплей, сочилась манна.

Она пропитывала мое тело, продолжая делать его все сильнее и сильнее, а также я без особого труда смог вернуть ее в нити, расширяя их собственные предельные объемы маны и медленно повышая таким образом свою стадию.

Но это было не бесплатно, оно требовало энергии. Я положил руку на центр золотой Маски. Под пальцами пульсировало тепло. И я чувствовал. Чувствовал, как объем этого тепла, этой энергии, медленно, но неумолимо убывает.

Я сосредоточился сильнее. Попытался оценить. Представить объем. Это было смутно, интуитивно, как ощущение голода или жажды, но в разы конкретнее.

И я знал — не умозрительно, а на уровне инстинкта, вбитого Маской, — что будет, когда уровень упадет ниже определенного порога. Сила начнет убывать. Стадия Завязки Хроники, до которой я добрался после прорыва, сменится Прологом, потом дождевая мана рассется в дымную, вернув меня на Эпилог Сказания, потом на Развязку…

Падение. Обратный отсчет. И когда уровень опустится ниже критической отметки, примерно через год при текущем темпе расхода… конец. Маска начнет поглощать не золото, а саму мою жизнь, мое ядро, пока не останется лишь пустая оболочка и мерцающее золото. А до начала падения, до того как я почувствую первую слабость, первый откат стадии… месяца четыре. От силы.

Я зашил разрез на руке нитями маны, понадеявшись на регенерацию, которая по идее должна была вырасти вместе с общим укреплением организма. Потушил свет на кончиках пальцев, погрузив нишу в абсолютную тьму. Оставалось только ждать, слушать дыхание союзников и шелест камней, и думать о золоте.

В ядре Предания не могло быть столько энергии, чтобы поднять меня до Завязки, даже несмотря на то, что это было ядро высшего класса, накопившее целые тонны энергии. За то, что я поднялся так высоко, в первую очередь стоило сказать спасибо золотой татуировке и белым нитям.