— Ну да, читал. А толку то? Только там не всё расписывалось. И фразочка «цены указанные в прейс-куранте не являются окончательными» весьма доставила. Начнём с кабеля. За него с нас хотели поиметь пятнадцать тысяч. Правда, как я понял, реальная цена была около двенадцати. Далее. Коммутаторы. Вещь не намного более сложная, чем телефонный аппарат, но весьма объёмная. Пусть даже встанут они нам в пять тысяч. Вместе с арендой помещений.

— Семнадцать. Правда, ты не учёл стоимость прокладки кабеля. — Славка немного помолчал, что-то прикидывая в уме. — Для простоты положим, что воду мы тоже копали. Пять километров траншеи метр-на-метр один человек выкопает примерно за две с половиной тысячи дней.

— Ха! Это ты по себе что ли мерял? — Иронично перебил друга Артём. — Два солдата из стройбата заменяют экскаватор!

— Ага. Только стройбата тут ещё не придумали. — Парировал Славка. — Короче, при зарплате землекопа пятнадцать… Нет, десять рублей в месяц, получается восемьсот тридцать рублей. Тысяча для ровного счёта. Итого — восемнадцать тысяч. Дальше.

— Дальше давай телефоны считать и провода к ним…

Через полчаса сумма затрат была вполне определена около ста десяти тысяч рублей, что с точки зрения окупаемости казалось Хворостинину весьма неплохим результатом. Артём же, интуитивно чувствуя какой-то подвох, оптимизмом не горел.

— Ладно. Будем считать, что для первого разговора мы подготовились нормально. Хотя, стопудово, на практике обязательно что-то вылезет неучтённое. Поверь слову замкомвзвода.

— Тогда, «по коням»? Адресок то не запамятовал, господин-товарищ прапорщик? — Съязвил Славка.

— Ага, двинули. Только с «товарищем», надо бы поосторожнее… — Торопов непроизвольно огляделся вокруг в поисках «ушей у деревьев».

Хворостинин лишь хмыкнул в ответ.

Дача Кравцева представляла собой аккуратный двухэтажный летний домик с большой остеклённой верандой, окружённый скошенными лужайками. Кое-где были разбиты клумбы. Цветы на них жадно ловили последние тёплые лучи солнца. Добротно сделанные деревянные дорожки позволяли хозяевам и гостям не пачкать обувь в ненастье и не топтать траву. Весь этот уют отделялся от остального мира невысокой живой изгородью, для пущей убедительности подкреплённой аккуратным тёмно-зелёным заборчиком.

Приятели подошли к калитке, над которой была устроена густо увитая плющом арка.

— Хм, а вкус то у хозяина имеется. — Оценил открывшийся вид Славка.

— Уверен? Стопудово, тут садовники-мамки-няньки пашут, а не сам Кравцев. А вон, кстати, и он.

Из-за угла неспешно вывернул хозяин дачи.