Оставшись вдвоем в каюте они переглянулись:
— Обрати внимание, Темыч, какие местные аборигены все церемонные и вежливые. В простоте слова не скажут. А через семь лет придут большевики, которые начнут рубить правду-матку и не стесняться в выражениях. Один Ильич чего стоит. За словом в карман не лез… Мы, в этом смысле, можно сказать, провозвестники будущего. Тоже общаемся запросто. Без всех этих словесных кружавчиков. Зато народ нас отлично понимает. И принимает.
— Это понятно. Лучше скажи, зачем они тебе сдались? Не проще ли было на пинках выкинуть и всего делов? Или ты хочешь какую-то игру с подпольем вести? Двойных агентов себе готовишь?
— Нее. В эту тему я даже лезть не хочу. Пусть там жандармы резвятся. А оставил, потому что парней жалко стало. С одной стороны. А с другой, чего ресурсами разбрасываться? Парни боевые и вроде не глупые. Глаза человеческие, не стеклянные. Глядишь, получится толку от них добиться. А бросить самое простое. Они ж неприкаянные. Потеряшки. Вот мы их к делу пристроим и поглядим, как дальше пойдет. Выгнать всегда успеем. Молодые совсем. Лица нормальные, не трусы, не психи. Обычные русские люди. Неужели не найдем общего языка?
— Они на нас как на силу смотрят. Мы для них теперь авторитеты. Потому что вдвоем с тремя справились. В честном бою. Собственными силами. — Проницательно заметил Артем. — Так что в плане перевоспитания может чего и выйдет. Особенно если Попов со своей пролетарской пропагандой поможет…
— Вот и займись этим делом. Тебе опыта не занимать. Сколько отморозков в армии через твои руки прошло и во вполне справных солдат вышло?
— Так-то да. Только времени на это нет категорически.
— Ставь задачи и контролируй периодически. Большего и не прошу.
— Было бы все так просто… Это у гуманитариев главное оружие — язык. Оно и заметно.
— Во-первых, не язык, а речь. И во-вторых, даже не речь, а мощный, прокаченный интеллект и умение производить качественный, структурированный и осмысленный текст.
— Ишь задвинул, грамотей, — с деланным восхищением отозвался Артем.
— Я на счет дискуссий вот что думаю. Есть что сказать — сразу бей прямо в зубы. Чего с ними, аспидами, церемониться? Раз правда на твоей стороне! Если же нечего сказать — молчи. А попусту орать друг на друга — ерунда и нелепица.
— Еще абсурд и коррупция…
— Вот-вот. Ты уловил суть. Так что рули.
Глава 16
28 октября 1910 года
— Тихо Яша, замолкни. Тут дело такое, все обдумать надо, а ты голосишь на все лады! Значит, говоришь сыскались наши пропажи… И никакие оне не бесы из преисподней, а обычные люди из плоти и крови и ничто им, так сказать, не чуждо… Говоришь рыжую Анютку энтот демон обихаживает. Торопов его зовут?