Варя все еще сидя в удобной люльке мотоцикла и сама не спешила покидать пригретое мягкое и такое уютное кресло. С некоторых пор езда на извозчиках вызывала у госпожи Белозеровой некий дискомфорт. От мысли, что пусть и случайно, но можно столкнуться с Яшкой ей становилось гадко. Взвесив все за и против, она согласно склонила прелестную головку и негромко произнесла:

— Угол Путинцевской и Конюшенной. Собственный дом. Если вас не затруднит.

Вяче постаравшись скрыть огромный вздох облегчения, все время, что красавица раздумывала, он совсем позабыл дышать, ожидая ее решения как высшего приговора. Теперь же он был положительно счастлив. Дав по газам, он лихо вырулил на дорогу и покатил дальше, впрочем, не слишком разгоняясь, ему хотелось продлить встречу как можно дольше. Он пребывал на вершине блаженства и от того, что снова отыскал девушку, и от всех обстоятельств произошедшего, и больше всего, от прямого, ясного и благосклонного взгляда ее синих глаз.

Тем временем сама Варя усиленно размышляла о том, в какой форме было бы уместно отблагодарить своего кавалера. Ей тоже эта вторая встреча представлялась до невозможности романтичной и сказочной. Девушка прекрасно поняла, сколь сильные чувства питает к ней нежданный спаситель, и она не смогла скрыть от себя, что ее приятно волнует близость с ним. И уж точно никакого отторжения Варвара к Вячеславу не испытывала. Напротив, внутри нее пушистым котенком уместилось, излучая радостное тепло, радостное предчувствие чего-то очень хорошего.

И теперь она решала, удобно ли будет пригласить Вячеслава Юрьевича на чай. И если да, то когда? Немедленно сегодня же, как доберутся до дома или обозначить дату несколькими днями позже. То, что это наименьшая из возможных форм благодарности за совершенный им поступок, Варя вполне отчетливо понимала.

Славка очень хотел заговорить с девушкой, но изредка поглядывая на ее тонкий профиль, замечал, что она задумчиво сосредоточена и лишь молча любовался удивительной красотой своей пассажирки. По истине, ничего более совершенного и восхитительного ни ему самому, ни его «Родстеру» больше никогда возить не придется! Это точно!

— Вот и ваш дом. — Тормозя мотоцикл и глуша двигатель, в мгновенно наступившей тишине, не без налета сожаления произнес он.

— На улице зябко, если вы продрогли, я могла бы угостить вас чашкой горячего чая. — Выбравшись из коляски и встав перед Славкой, глядя прямо ему в глаза, спокойно и мягко предложила Варя.

— С удовольствием принимаю ваше приглашение, Варвара Дмитриевна. От чая, — он хотел добавить «в вашем обществе», но сдержался и промолчал, — я не откажусь.