И тогда даже ноги прекратили слушаться. Не подкосились, но замерли, словно бы стали на время не совсем Пашке подвластными.

— Эта душа делает свой выбор. Ты предлагаешь архангелу вынимать грешников из петли? — презрительно бросил Сариил. — Успокойся. Нам следует поговорить. Святая Евдокия, ниспосланная в ответ на зов рабы божьей Зинаиды, принесла странные вести в небесные чертоги.

— Евдокия! — невольно прыснул Пашка и тут же устыдился: надо Лосева спасать, а он над фантазией давно умерших ангелициных родаков ржёт.

— Святая Евдокия передала твоё заявление, — продолжал псевдоэлектрик, — будто душу твою падшие существа не купили по воле и решению твоему, а украли обманом. Я явлен разобраться в таковом утверждении, ибо если оно истинно — вопрос должен быть расследован досконально. «Я не читал этот долбанный договор!» — немного поморщившись, процитировал архангел Сариил. — Это твои слова?

— Мои, — не стал спорить Пашка. — Вот так оно всё и было! Почему вы притворялись мастером⁈

— Я наблюдал за тобой несколько дней негласно, дабы убедиться, не курирует ли тебя доподлинный бес, — холодно произнёс Сариил.

— Вы чё, сожгли нам проводку⁈ — подозрительно поднял бровь Пашка.

— Последствия вмешательства устранено, — процедил собеседник. — Мне требовалось присмотреться к тебе. Однако же ты действительно жив, действительно бес, а не просто очередной душепродавец, и действительно управляешься на своё усмотрение без попечителя. Каким образом получилась эта ситуация? Что означали слова: «я не читал договор»?

— Что я его не читал, блин! Проклацал! — Лосев вдали свернул вправо и скрылся за деревьями. Как же не вовремя! Надо было бежать за ним, потом станет поздно! А с другой стороны, наконец-то кто-то готов разобраться с Пашкиной ситуацией… — Слушайте, давайте через полчаса? — выпалил он. — Мне надо…

— С тобой говорит архангел! — едва ли не рявкнул собеседник. — Мы будем говорить сейчас! При каких обстоятельствах ты встретил беса впервые? В каковом обличье он предстал перед тобой? Отвечай лучше здесь и по доброй воле, не то придётся держать ответ пред серафимами. И поверь: тебе то весьма не придётся по вкусу, — пригрозил он.

— Да я чё? Я сам скажу! — возмутился Пашка с обидой. — Просто я за Лосева переживаю, а так я только за. Вам бы тоже почесаться стоило: он, вообще-то, будущий ангел!

На секунду крыластый мужик мотнул голову назад, в сторону, где скрылся старый бездомный. А потом снова повернулся к Пашке с выражением холодного презрения на лице:

— Смертный, осмелившийся решать, каковой век на Земле проживать творениям Господа, никогда не станет ангелом, — с вызовом уведомил он. — Существо, вознамерившееся спасать падшую душу из жалости, не может возвещать людям Божью волю. — Архангел стегал каждой фразой воздух, словно бы бил хлыстом. И глаза его при этом сверкали праведным возмущением. — Тот, кого растрогала судьба одной-единственной грешницы, тот, кто ради бесовки готов убить, кто полагает себя мудрее высшей силы и правомочным той указывать, кого прощать и щадить, — Сариил стиснул зубы и последнее сказал сквозь них, — никогда не попадёт в Рай. И уж тем паче не станет руками Господа.