Не похоже на Матвея. Зачем перезванивать в санаторий, когда можно попробовать мне перезвонить позже. – Говорит, волновался. Из-за беременности. Марина кивает, но видно, что она недовольна. Я, впрочем, в данном случае с ней согласна. Это было и правда странно. Наконец, она уходит. Я остаюсь одна, и это приносит мне облегчение. Но я понимаю, что все еще люблю Матвея. Ужасно любить одного человека столько лет. И я ведь считала, что все прошло. И вот – эти встречи… Боюсь ему признаться в обмане. Двойном обмане – он не знает ни о Мишане, ни о том, кого я ношу сейчас. Какая ирония судьбы! Оба ребенка – от него. А как Матвей на меня иногда смотрит! В такие мгновения я уверена, что он четко знает, кто сидит перед ним. И любовь зашкаливает, накрывает с головой! Хочется мечтать о том, что мы – нормальная пара, ожидающая ребенка. Полностью отдаться этому ощущению семьи, которой у меня никогда не было. И… уже не будет. Я отсчитываю дни до родов, а остались месяцы. Как я выдержу встречи с Матвеем? Выматывающие разговоры с Мариной? В дверь стучат. – Добрый вечер, – заходит психолог. – Нажаловались на меня Алексею Александровичу? Знаю… Встретил вашу сестру. Она мне смогла многое объяснить про ваше состояние. – Фобия прошла. Мне сумел помочь Алексей… Александрович. Я буду выходить. – Голубушка, – он опасно начинает ко мне приближаться, – это не такой простой процесс. Алексей Александрович большой молодец, что вас вытащил. Но он не специалист в этой области. Все может вернуться на круги своя. Не успеете глазом моргнуть. Садитесь. Нам надо продолжить сеансы. Еще я вам прописал таблеточки. Успокаивающие. Ребеночку не навредят. А вам надо бы попить. – Зачем? И если я не хочу продолжать с вами встречаться? Я имею полное право. Как минимум на другого специалиста. – А другого нет, – ласково говорит психолог. – И права вы не имеете. Вы договорчик читали? – Какой договорчик? – я ничего не понимаю, но мне становится страшнее, чем было все дни до этого. – Подписанный вами. С санаторием. Что в нем написано? Правильно, – кивает, хотя я не успела ничего ответить, – написано, что мы несем за вас полную ответственность. А согласие по решениям, касаемых вашего лечения, режима пребывания, принимает доверенное лицо. Обычно близкий родственник. В вашем случае – сестра. Она все мои предписания подписала. Волосы на голове шевелятся – как листья на ветру. Что ж получается? Сотрудники санатория будут делать не как мне лучше, а как скажет Марина? Надо поговорить с Алексеем. Посоветоваться. – Так