— Сдается, что я недостаточно много внимания уделяла получению знаний, — наконец начала я, вставая из кресла. — Хочу заполнить этот пробел, пока еще есть такая возможность. Мне нужны все книги и записи о моих предках и все, что мы можем достать о Серебряном народе и Маль’Суатаре. И ваша помощь, чтобы во всем этом разобраться. — Я скрестила руки под грудью, не готовая принимать возражения. В конце концов, магистр служит этой семье уже столько лет — послужит и мне самой!

Старик, впрочем, спорить и не собирался. Наоборот — он согласно закивал, с радостью принимая мои слова.

— Это воистину светлый час, я так долго ждал, простите мне мою дерзость, госпожа, когда вас заинтересует история собственной семьи!

Видимо, до этого принцесса Эвелин не особенно радовала старика тягой к знаниям. Оно и к лучшему — было бы странно, если бы я начала вдруг изучать то, что и так, по мнению окружающих, должна знать.

— Тогда предлагаю начать прямо сейчас, — безапелляционно заявила я. — С чего мой наставник порекомендует это сделать?

Старик задумался на мгновение, пробежав взглядом по книжным полкам, а затем уверенно пошел к стеллажу и извлек пухлый том в потемневшей от времени малиновой обложке.

— С этого. А я, с вашего позволения, схожу к себе и возьму еще пару документов, которые могут нам пригодиться. И… э-э-э… заодно пришлю служанку, чтобы убрала последствия этого маленького недоразумения, — Фарраль обвел рукой осколки на полу и использованный не по назначению серебряный кувшин и покинул кабинет, оставив меня наедине с врученной им книгой.

Решив не терять времени, я села в отцовское кресло и устроила том на столе, предварительно аккуратно сложив стопкой исписанные мною ранее листы, скинула с ног туфли и подвернула под себя ноги, укрывая их теплой тканью платья. Впрочем, спокойно почитать мне никто не дал. Служанка, собиравшая осколки, прошла в кабинет почти незаметно, но через пару мгновений за дверью раздалась ругань: гневный женский голос обещал проклясть стражу, если тотчас не откроют дверь. Судя по распахнувшейся двери, стражу угроза проняла, что мне совсем не понравилось — где тот предел их верности короне, после которого они начинали слушаться черт знает кого?

Вошедшая в кабинет женщина была облачена в открытое алое платье, изукрашенное грубым черным орнаментом, изображающим чешую, и высокие сапоги, зашнурованные от взъёма стопы и до самого колена. Она бесцеремонно прошла через кабинет к столу, оперлась на него руками, нависая надо мной, и скривилась.

— Ты думала, что сможешь тут от меня спрятаться? Убирай свои книжки, принцесса, они не научат тебя законам, которым ты должна подчиниться через месяц.