«Что он там сказал? Отдохнуть как следует? Понятия не имею, как следует отдыхать принцессе, но вот вино мне сейчас точно не помешает. Все же я молодец! И заслуживаю определенной награды. Осталось теперь только узнать, предполагается ли на этом празднике жизни еда?»
Глубоко вдохнув, я почувствовала, как на лицо наползает довольное и благостное выражение, и приступила к выполнению новой поставленной цели — отдыхать как следует.
…Уж лучше бы Рудольф велел мне идти в библиотеку и просидеть там до самого утра!
9. Глава о культурной апроприации и неуместных улыбках
Вам приходилось есть красное сочное яблоко и натыкаться в самой сердцевине на мерзкого червяка? Многие человеческие существа походят на такое яблоко — особенно в наши дни
«Вечеринка в Хэллоуин» — Агата Кристи
Медленно открыв один глаз, я тут же закрыла его, ощущая ломоту в висках и легкое покачивание всего окружающего меня мира.
Голова болела, во рту была настоящая засуха, глаза реагировали на свет так, словно мне пытались их выколоть, каждый раз, когда я приоткрывала веки. Попытка оторвать голову от подушки принесла мне вихрь новых ощущений в виде стремительно подкатывающей к горлу тошноты, одновременно с этим — чувства острого голода и желания умереть. Прямо сейчас и, желательно, не совершая более никаких телодвижений. Как там было? «Мама, я не могу больше пить»?
— Ваше Высочество, вы…
— Тшшш… — я тихо зашипела, поморщившись не только от голоса Миры, но и от звуков своего собственного, и очень аккуратно приоткрыла один глаз.
Служанка смотрела на меня, как смотрят на нерадивую дочь-старшеклассницу, пришедшую со школьной дискотеки подшофе и недоползшую до собственной кровати. Где-то глубоко в душе у меня зашевелился червячок стыда, но я волевым усилием загнала его поглубже — я взрослая женщина, имею право пить сколько хочу! Особенно — учитывая все текущие обстоятельства.
— Я принесу вам отвар из трав. — Видя, что я сейчас мало приспособлена к активной жизнедеятельности, Мира сжалилась и вышла из комнаты, аккуратно прикрыв за собою дверь. Я, никак не отреагировав на ее уход, лежала в кровати, преисполнившись жалости к самой себе и заодно — пытаясь восстановить ход вчерашнего «банкета». Память услужливо подкидывала мне вполне безобидные фрагменты моего маленького алкогольного срыва. С течением времени все великосветское общество разделилось на две неравные группы: меньшую — постарше и основную — «молодняк», в который вошла и я. Мы обсуждали моду, и, кажется, я весьма впечатлила Фрея Маривского своими познаниями в конной езде… На этом месте моя память давала некий сбой, а так как активное шевеление извилинами сейчас приносило мне весьма ощутимую боль, я решила, что вряд ли там могло произойти что-то действительно существенное. В голове плавали обрывочные воспоминания о весьма невинных играх: местное подобие ручейка, потом, кажется, прятки… Я, наморщив лоб от нахлынувшего головокружения, перетерпела пару особо неприятных мгновений и, медленно выдохнув, приняла для себя строгое решение не пить больше ничего крепче травяных отваров. Очевидно, это тело было куда более восприимчивым к алкоголю, чем мое, родное. «Эх, кажется, мне стоит привыкнуть к тому, что оно больше не мое, по крайней мере — на какое-то время. Ладно, главное, что я вроде бы ничего не натворила, да и что-то подсказывает мне, что остальная молодежь пошла вразнос вслед за своей принцессой, если даже не впереди нее».