13. Глава о супе, пророчествах и конях
— Мисс Воган, не в оплату услуги, но потому, что ваше доброе сердце дает вам на это право, я скажу вам три вещи, касающиеся вашего будущего. Мои слова будут туманны — такова природа пророчества.
— А почему пророки не могут ничего говорить прямо? — спросила Бидж.
Харрал немедленно ответил ей:
— Потому что, если бы я сказал: «Поверните налево у светофора, дойдите до биржи и продайте свои акции «Дженерал Электрик», то это было бы изменением будущего, а не его предсказанием. Я был бы тогда консультантом, а не пророком.
Ник О'Донохью. «Ветеринар для единорога»
В этот раз на цветочном поле я оказалась не с пустыми руками. В моем сне я сжимала рукоять меча защитника веры и оттого чувствовала себя несколько более уверенной, чем в прошлый раз, готовая к отчаянному противостоянию. Но защищаться было не от чего. Алые и желтые цветы едва колыхались от слабых прикосновений ветра, ничто не собиралось нападать на меня или даже появляться возле меня. Настороженно оглядевшись, я прищурилась, всматриваясь в горизонт: очевидно, долина цветов находилась в какой-то низине, ибо со всех сторон ее окружали горы, достаточно высокие, как я могла судить по белоснежным пикам, вздымающимся вдалеке к безоблачным небесам. Задрав голову, я поняла, что не обманулась в самый первый раз — солнца действительно не было! Свет, мягкий, золотистый, словно бы струился со всего неба одновременно. Я даже могла видеть его переливы в высоте, стоило мне глянуть не прямо над собой, а чуть вбок.
Закинув клинок плашмя на плечо, я пошла вперед. Не выбирая направление, просто вперед, потому как со всех сторон долина выглядела для меня одинаково: бескрайнее поле цветов, без намека даже на тропинку, и кольцо гор, обхватывающее все это.
«Интересно, Фарраль упоминал, что это похоже на один из вариантов грани, получается, что грань имеет разный вид? Или, может быть, даже разные области, участки, в которые можно так или иначе попасть? А я всегда попадаю в одно и то же место… дело во мне? Или…»
Я остановилась, закусив губу и вспоминая свое самое первое попадание сюда.
«Что ты видишь сейчас?» — тогда спросила Оля и потом, услышав описание, сказала, сожалея, что нужно действовать быстро.
«Значило ли это, что мы, находясь в условно одном месте, могли видеть разное? Или наоборот — мы должны были видеть разное, но видели одно, и это определило мою судьбу? Может быть, это цветочное поле как-то связано с Олей?»
У меня было очень много вопросов, но где получить на них ответы, я даже не могла предположить. Медленно идя вперед, я вдыхала мягкий, нежный аромат цветов, не чувствуя ни жара, ни холода, ни порывов ветра, от которых покачивались яркие цветочные венчики.