Сергей открыл глаза и уставился на плафон. Он должен прекратить думать о подобных вещах. Это становилось уже ненормальным, да и его жена Ирина, кажется стала что-то подозревать. Он боялся что в пылу секса, может случайно назвать ее именем дочери…
Трахарая секретаршу он знал, что ей все равно какое имя он произнесет. Поэтому, когда его член начинал извергать семя в ее горло он обхватывал ее голову руками, и еще глубже насаживая ее на член повторял:
— Соси, Юля! Соси, доченька! Соси большой член своего папы! О да, крошка!
К обеду он совсем раскис, и слегка покопавшись в бумагах у себя на столе, пораньше ушел домой. В пол четвертого он уже ехал в метро. Его сердце глухо стучало в груди, от мыслей о дочери. Боже, как же он хотел ее. И как он мог противиться своим мыслям. Ведь она была так прекрасна. Высокая грудь, от которой не мог оторвать взгляд ни один нормальный мужчина, длинные светлые волосы, мягкие черты лица… Жажда — единственное слово которое приходило на ум. Любой человек просто жаждал ее, даже если этот человек ее отец!
Сидя в поезде он вспоминал все те нечастые случаи, когда ему удавалось увидеть у своей дочери нечто большее, чем-то что было позволено ее отцу. Соски просвечивающие сквозь тонкую ткань ее футболок, оголенное бедро под задравшейся юбкой. А прошлым летом на даче, когда ее грудь только начала формироваться, она по старой памяти ходила по участку в одних лишь трусиках. Не понимая какое действие она оказывает на своего отца.
Но была еще и его жена, Ирина. Женщина, воспитанная в довольно строгих правилах. И если что-нибудь случится между ним и дочерью, а Ирина узнает… Это может кончится не только семейным скандалом. Но даже несмотря на эти последствия, он все равно хотел бы трахнуть молодое влагалище своей дочери.
Он снова закрыл глаза. Он должен попытаться отвлечься.
Поезд вынес его на нужную станцию, и поднявшись на эскалаторе, он медленно побрел домой. Время приближалось к четырем. Раньше он никогда не приходил домой так рано. Вряд ли его жена еще дома, а вот Юля может уже вернулась с занятий. Думая о том что он будет с ней наедине в квартире, он постепенно ускорял шаг, незаметно для себя. Добравшись до подъезда он почувствовал что задыхается от быстрой ходьбы, почти бега.
Юля прошла на кухню, чтоб выпить стакан прохладного молока из холодильника.
После испытанных оргазмов, ее голова совершенно отказывалась соображать. Полностью обнаженная, она уселась на табурет, и опрокинула в стакан в свое иссушенное горло. Она не могла вспомнить, когда еще чувствовала себя такой расслабленной и утомленной.