Но знания из будущего говорили мне, что электрификация техники неизбежна. Лучше опередить время и стать пионером, чем потом догонять прогресс.

— Товарищи, — сказал я, аккуратно складывая схемы, — мы стоим на пороге технической революции. И у нас есть шанс стать ее частью.

К половине десятого утра мы уже были в мастерских МТМ. Володя Семенов появился в рабочем комбинезоне темно-синего цвета поверх теплого свитера, в руках у него была кожаная папка с техническими расчетами и толстый блокнот для записей.

Молодой инженер выглядел взволнованно. Вчера вечером я посвятил его в детали нашего эксперимента.

— Виктор Алексеевич, — сказал он, открывая блокнот, — я всю ночь проверял расчеты. Если использовать двадцать аккумуляторов 6СТ-190, то при напряжении двести сорок вольт получим емкость сорок пять целых шесть десятых киловатт-часа. Этого хватит на три-четыре часа работы при средней нагрузке.

— Отлично, — кивнул я, направляясь к дальнему углу мастерской, где под брезентовым чехлом стоял злополучный МТЗ-80. — А электромотор смотрели?

— Смотрел. П-21 в хорошем состоянии, обмотки целые, подшипники без люфта. Только почистить и смазать.

Мы сдернули брезент с трактора. МТЗ-80 образца 1969 года выглядел печально: капот открыт, из-под него торчали шланги и провода, на полу лужи масла и охлаждающей жидкости. Дизель ЯМЗ-240 требовал капитального ремонта после того, как в цилиндр попала вода.

— Жалко машину, — вздохнул Володя. — Ходовая-то в порядке, кабина новая…

— Именно поэтому и переделываем, — ответил я, залезая под капот. — Как донор для экспериментов самое то.

К нам подошли Федька и Колька, два молодых механизатора лет двадцати, которых я решил привлечь к проекту. Парни были в рабочих комбинезонах, держали в руках набор гаечных ключей и переносную лампу-переноску на длинном шнуре.

— Виктор Алексеич, — обратился Федька, снимая с головы вязаную шапку, — а правда, что мы трактор на электричество переделывать будем?

— Правда, — подтвердил я. — Но это пока секрет. Никому ни слова, пока не сделаем и не испытаем.

— А че секретить? — удивился Колька, молодой парень с честными глазами и веснушчатым лицом. — Дело же хорошее.

— Потому что многие не поймут, — объяснил Володя. — Скажут, что государственное имущество портим.

Мы начали демонтаж дизельного двигателя. Работа оказалась сложнее, чем ожидалось. ЯМЗ-240 весил около восемьсот килограммов, и поднять его можно было только подъемным краном КС-2561, который стоял во дворе мастерских.

— Федька, съезди за Иваном Степановичем, — попросил я. — Пусть крановщик поможет двигатель снять.